Уведу. Добьюсь. Присвою (СИ)

Такая красота вокруг — пейзажи, архитектура, так тепло и солнечно! А уж какая вкусная еда! Я буквально влюбилась в эту страну, о чем Артёму и сообщила."

"Он посмотрел на меня и радостно улыбнулся, заверив, что раз так, то непременно попробуем пожить и в Италии тоже, чтобы я могла выбрать, где же мне нравится больше. А можно вообще совмещать, и жить то тут, то там поочередно. Но все эксперименты уже после родов.

Моя мама была, конечно, в шоке. Беременная от женатого мужчины. Разразился грандиозный скандал. Но, в итоге, она всё же смирилась с этой мыслью, хотя желания знакомится с отцом моего будущего ребенка не выказала.

Когда я вернулась на работу, то обнаружила, что Артём провёл в офисе основательную «чистку», повыгоняв всех, кто был хоть как-то причастен к сливу конфиденциальной информации. Это касалось как его личных данных, так и передача информации Глебу Михайловичу.

Там вообще много на кого компромат нашёлся, стоило службе безопасности поглубже копнуть. В итоге, в офисе не оказалось ни Полины, ни Лили, ни Эльвиры, ни ряда других сотрудников.

Причем Полину, на которую Артём был особенно зол, уволили по статье, а значит, работу ей найти будет очень сложно, ведь это как клеймо, которое характеризует работника как ненадежного, а следовательно, нежелательного в компании сотрудника.

Плюс ей вообще закрыли вход в здание, чтобы не вздумала тут появляться и меня нервировать. А значит, ее налаженные связи в других компаниях корпорации «Lux», ей никак не помогут.

Предполагаю, что для нее это оказалось большим ударом. Но мне было ее не жаль.

Оставшиеся же были тише воды, ниже травы. Со мной общались уважительно, никто и посмотреть в мою сторону косо не мыслил. Шеф всех знатно запугал.

Артём не слишком хотел, чтобы я возвращалась на работу. Считал, что мне лучше не нервничать, а больше отдыхать, тем более что вопрос с домом так и оставался открытым, а в магазинах ещё не все детские вещи были нами скуплены.

Он бы предпочел, чтобы я занималась именно этим.

Он вообще пылинки с меня сдувал, обращаясь со мной, как с хрупкой вазой, нещадно балуя и заваливая подарками.

А ещё он открывал передо мной новый мир чувственности. Великолепный и такой чудесный. Я узнала много нового, в том числе, о себе самой.

Сейчас, когда я была беременна, он здорово сдерживался, стараясь быть нежным.