Господи, откуда в его голове эти дурацкие фразы ни о чем на все случаи жизни?!
Но факт остаётся фактом – когда Данил увидел Лилю, устраивающуюся в соседней беседке – он офигел. Нет, не так. Он ОФИГЕЛ.
Данил о ней не думал. Он просто вычеркнул Лилю и все, что она сделала, из своей жизни. И лечил уязвленное самолюбие проверенным методом – работой. В пансионат его мать выпнула чуть ли не силой, пригрозив в противном случае переехать к нему домой и варить по утрам манную кашу. Которую Данил с детства терпеть не мог.
Да он и сам понимал, что в своем проверенном рецепте слегка перегибает палку. И загнал себя до того, что уже голова не соображает. И как с Лёней себя вести надо, пока непонятно. И… И он сел в машину и поехал в этот санаторий. Или пансионат – Данил все время забывал, чем одно от другого отличается.
Он не пожалел, что приехал. Потому что после пыльного Питера и перманентного мозгового штурма дорога среди высоких деревьев, здание санатория и вся обстановка, которая, кажется, не менялась с тех времен, когда тут отдыхали его молодые родители, чай с березовыми почками и пироги с черникой – пироги особенно – быстро и качественно перезагрузили Данилу голову.
Он, словно сделав тогда, в тот день репетиции свадьбы, долгий-долгий вдох и задержав дыхание – наконец-то выдохнул. И снова задышал. Выключил телефон, пил чай с березовыми почками, ел пироги с черникой, гулял, вечерами терапевтическими дозами цедил прихваченный из дома коньяк и читал купленного в местном магазинчике неожиданного и когда-то данным-давно в детстве зачитанного до дыр Дюма.
Сопереживая при этом от всей души ненавидимому в детстве Ришелье. Сейчас, как тимлид тимлида, Данил кардинала понимал. И от всей души желал успехов!
И вот в эту его безмятежную жизнь ворвалась Лиля. В своем фирменном стиле. Сначала Данил просто замер. Он, кажется, даже дышать перестал. Потом осторожно повернул голову. Девушка в соседней беседке была увлечена телефоном и ничего вокруг не видела, кроме, разве что, комаров – от них никуда не деться.
И он позволил себе несколько секунд смотреть пристально. Да. Точно. Ошибки быть не может. Это она. Лилия Плик.
А дальше Данил уже не думал. Последняя более-менее связная мысль: нечто, похожее на «Это все не зря», «Вот он, шанс», «Ну, раз ты сама явилась…» - и что-то тому подобное. А потом Данил выудил из кармана и включил-таки телефон.
Потом, позже, когда они уже сидели в его беседке, Данил с каким-то извращённым удовольствием наблюдал за Лилей.
