Увидеть лицо

Она почувствовала, что ее ладонь опять прилипла к горлу, и подумала о том, что лучше бы ее убрать, и рука тотчас же послушно поплыла вниз с непривычной покорностью, и Алина не сразу с удивлением осознала, что делает это не сама — руку тянут чужие пальцы, и она им это позволяет.

Виталий, уже сидевший рядом, на кровати, положил ее ладонь на свою и прикрыл сверху другой ладонью — осторожно, словно бабочку.

Она покачала головой и тут же подумала, что ей давным-давно следовало об этом кому-то рассказать. Стало внезапно легко — удивительно легко.

— Нет. Никогда. А ее звали Оксана Щеглова, ей было семнадцать лет. Я узнавала… потом…

— Это страшно, Аля. Очень страшно. И не всякий взрослый такое бы выдержал, а ребенок…

— Я могла бы ее спасти. Если б я крикнула, меня могли бы услышать… они могли бы испугаться… убежать. У меня был очень громкий голос. Но я испугалась… я не…

— Господи, глупая, и ты мучаешь себя этим столько лет? В ее смерти нет ни крошки твоей вины, ты ведь была пятилетней девчонкой.

И если б ты крикнула, очень мало вероятности, что тебя бы кто-то услышал, а если и услышал, то ничего бы не понял. А вот они тебя, скорее всего, тоже бы убили. А может, и хуже…

— А может и нет. Теперь этого никак не узнать, — Алина пожала плечами, глядя на его ладонь, прикрывавшую ее. Она была теплой, уютной. — Знаешь, иногда мне кажется, возможно они и не были пьяны или под наркотой… все это больше походило на какойто безумный вирус. Вирус, который пожирает все — и душу, и разум — человек просто исчезает.

Кошмарный инфернальный вирус.

— Кто знает, может и так. Наверное, такой вирус действительно существует. Очень многие людские поступки нельзя объяснить с человеческой точки зрения. Живут, как ты, ходят, дышат, нормальные, обычные, а потом вдруг… и никто ничего не может понять — даже они сами, — Виталий нахмурился, словно пытался что-то вспомнить.

— Знаешь, с тех пор я больше всего на свете боюсь, что мне перережут горло, — сипло произнесла Алина. — Что я умру так же, как и она.

Несколько лет мне все время казалось, что кто-то подкрадывается ко мне сзади с ножом, и сейчас он схватит меня за волосы и… Можно было сойти с ума. Странно, что этого не произошло. А может, произошло? — она с неожиданно холодной усмешкой взглянула на Виталия. — Может, это все я делаю — просто не помню об этом?!

— Бросить в тебя чемнибудь, чтоб глупостей не говорила? Мне опять начать все сначала?

Алина натянуто рассмеялась, высвободила руку и встала.