Увидеть лицо

И поэтому мне кажется, самое ужасное даже не то, что он убил Свету, Олю и Бориса, а то, что он забрал у них это волшебство… Законченность жизни. Он убил их в тот момент, когда они стали абсолютно счастливы.

— Законченность неинтересна. Человек всегда должен к чему-то стремиться, а не сидеть, сгребя в кучу то, что досталось. Законченность устраивает людей ограниченных или старящихся. У законченности нет будущего.

— Зато у нее всегда есть настоящее. Счастливое настоящее. Многим не хотелось бы, чтобы будущее вообще существовало.

— Да ты еще и философ!

— Частично. Но очень паршивый!

— Я это заметил, — Виталий усмехнулся, потом чуть передвинулся, чтобы посмотреть вниз, его локоть дернулся и коснулся ее локтя. Она вздрогнула, но руки не убрала. Напротив, захотелось придвинуться еще ближе. Или чтобы он опять взял в свои ладони ее пальцы.

Или вдруг вот просто так как óбнял бы!

Алина криво улыбнулась. Действительно, правду говорят — когда очень страшно, то хочется либо есть, либо выпить, либо секса. И не обязательно в такой последовательности… Ведь раньше таких мыслей в отношении него не возникало? Или они уже были, просто она их не понимала? Полумысли, на деле превращающиеся в раздражение, которое она то и дело обрушивала на его голову… а ведь он довольно часто бывал прав.

— Честно говоря, не ожидал я, что ты так с мечом… — Виталий провел ладонью по влажным волосам, потемневшим от дождя. — Казалась такой правильной.

Он с оттенком ехидства взглянул на нее, и Алина собралась было достойно ответить, но…

Отчегото вдруг захотелось отвести глаза.

Или закрыть их. Или сказать что-нибудь такое, над чем они вместе могли посмеяться. Или запустить пальцы в его волосы — жесткие они или нет? Лицо затопила горячая волна, в глазах защипало, и она ошеломленно заморгала. Виталий отвернулся, и она так и не поняла — заметил он что-нибудь или нет.

— А теперь я кажусь неправильной? — голос ее невольно прозвучал сварливо, и Виталий хмыкнул.

— Да я не в этом смысле.

— Между прочим, ты не боишься, что столь долгое пребывание со мной наедине может окончательно испортить твои отношения с Мариной?

Воробьев снова посмотрел на нее — на этот раз с полнейшим изумлением.

— А разве похоже, что у меня с Мариной есть отношения?!

— Ну, не знаю, мне казалось, что…

— Так и не болтай про то, что тебе только казалось. И вообще поменьше рассуждай на эту тему, — посоветовал Виталий с неожиданной холодностью. — У тебя это хорошо получается только в книге, но не в жизни.