Узел сопротивления

 — Никто и никогда не брал на абордаж корабли Роя! Это же бессмысленно. Там просто нет команды — одно оборудование и оружие.

— Это не абордаж, — усмехнулся командир «Корсара». — Это рейд. Он не захватывает эсминец, а собирается его максимально искалечить. Кстати, вычислитель его опознал. Это «Скорпион». Старая модель, сейчас таких уже не делают.

Внутрисистемный разведчик, прорвавшийся к борту эсминца Роя, не торопился покидать мертвую зону, и Зыков его хорошо понимал. Пока цела единственная плазменная пушка противника, пытаться разорвать дистанцию — опасная авантюра.

Спонсон с размещенной в нем плазменной пушкой главного калибра, естественно, был неплохо бронирован, но сама пушка, как ее ни защищай, штука довольно уязвимая, и, если с завидным упорством обрабатывать ее плазменными сгустками даже из мелкокалиберной, по флотским меркам, плевалки, рано или поздно, проблемы начнут возникать.

Видимо, вычислитель эсминца столкнулся с весьма необычной для него проблемой.

Пушка совершила несколько хаотичных движений, словно выискивая видимую ей одной цель, и замерла, намертво заклиненная внутренними деформациями. Выпустив, для верности еще десяток плазменных сгустков, «Скорпион» оставил в покое изувеченную пушку и целеустремленно рванул к одной из трещин в кормовой броне корабля.

Эсминец Роя лишился своего главного оружия, но теоретически он еще мог выполнить полученный приказ. Корабль людей беспомощно дрейфовал в космосе, являясь легкой целью для любого оружия, даже если это оружие — поврежденный корабль, идущий на таран. Вот только времени на осуществление задуманного у противника не осталось. Найдя уязвимый участок, не защищенный броней, «Скорпион» принялся всаживать в нутро эсминца Роя один залп за другим, а осмелевший после уничтожения плазменной пушки корабль-разведчик поддерживал его, ведя огонь по продолжающим работать двигателям вражеского корабля.

Несмотря на неспособность ответить, эсминец достаточно долго сопротивлялся огню легких пушек, бьющих по его самым уязвимым местам, но в какой-то момент перелом всё-таки наступил. Корабль несколько раз конвульсивно дернулся и вывалился из режима полупогружения в гипер, мгновенно потеряв почти всю набранную скорость.