Узел сопротивления

«Скорпион» прижался к броне эсминца и, сильно оттолкнувшись всеми шестью конечностями, улетел в космос, тут же зафиксированный захватами-манипуляторами, выдвинувшимися из корпуса корабля-разведчика.

Внутри эсминца Роя продолжались лавинообразно нарастающие деструктивные процессы. Там что-то взрывалось, сотрясая корпус, и от раза к разу мощность взрывов только нарастала. Вычислитель разведчика счел неразумным оставаться рядом с таким опасным соседом. Включив двигатели, он быстро растворился в черноте космоса, унося с собой «Скорпиона», а спустя десяток секунд волна разрушений внутри вражеского корабля добралась до поврежденных пусковых установок с так и не выпущенными в предыдущем бою торпедами, и на месте эсминца вспух гигантский плазменный шар.

Прошло, наверное, минут двадцать, и корпус «Корсара» едва заметно вздрогнул, а потом по нему прошла легкая вибрация, как будто кто-то довольно массивный, но очень ловкий быстро перемещался по внешней обшивке.

— Кажется, к нам гости, — усмехнулся Зыков, — пора ставить ремдрону новую задачу.

Нужно пробиваться наружу, а то как-то невежливо заставлять хороших людей ждать у закрытых дверей.

Никаких проблем с уничтожением сильно поврежденного корабля людей Рарог не ждал. Боевой ценности для противника он уже не представлял, а заниматься спасением нескольких уцелевших членов экипажа на фоне почти неотвратимой угрозы гибели, нависшей над человеческим мегаполисом, представлялось искусственному интеллекту совершеннейшим абсурдом.

И всё же это случилось.

Эсминец, уже почти вышедший на рубеж открытия огня из единственной уцелевшей плазменной пушки, подвергся внезапной атаке. Что именно там произошло, Рарог понять не смог. Ближняя гиперсвязь оказалась намертво заблокированной, но определенные выводы для себя он всё-таки сделал.

Для начала Рарогу стало совершенно ясно, что противник, атаковавший его корабль, обладает весьма незначительной огневой мощью, явно недостаточной для нормального боя с эсминцем. То, что нападающий не был уничтожен сразу, объяснялось лишь весьма плачевным состоянием корабля Роя.

Второй вывод следовал из первого. Теперь было понятно, почему не подвергся атаке эсминец, идущий к планете. Он собирался выпустить торпеды по городу и представлял для людей гораздо большую опасность. Элементарная логика подсказывала, что нужно попытаться остановить именно его. Однако, судя по возможностям вражеского корабля, шансов в бою со значительно менее поврежденным эсминцем у него просто не было.