Узел сопротивления

Что было дальше, сказать сложно, но, скорее всего, далеко он не ушел, зато мне каким-то образом повезло уцелеть.

Я молча извлек контейнер Лиса из транспортного отсека скафандра и аккуратно разместил его в нише, открывшейся в спине «Странника». Броневые сегменты почти бесшумно скользнули на место, и робот вновь развернулся, очень по-человечески кивнув подобием головы, размещенной на короткой, но гибкой шее между верхней парой конечностей. Какие функции выполняла эта часть конструкции дрона, я не имел ни малейшего представления, но визуально она воспринималась именно как голова.

С минуту робот совершал странные движения, вертелся на месте и грозно шевелил стволами пушек, будто заново привыкая к собственному телу, после чего бодро развернулся и сделал шаг к соседней ячейке.

— Ну что, продолжим экскурсию? — в голосе Лиса я услышал глубочайшее удовлетворение.

— Рич, ты сам-то понимаешь, что ты мне принес? — севшим голосом произнес Шифф, глядя на лежащий перед ним контейнер с легким боевым скафандром.

 — Я обязан немедленно, вот прямо сейчас сообщить об этой находке главе гильдии, а он должен, не теряя ни минуты, поставить в известность вербовщиков, а то и лично генерала Аббаса. Вот только если мы это сделаем, нас немедленно возьмут в оборот и выпотрошат до последней косточки.

— Это понятно, — чего-то подобного я и ожидал, так что слова торговца ничуть меня не удивили.

— Такие трофеи не встречаются в Руинах сами по себе, особенно с учетом идеального состояния этого образца, — тяжело вздохнул Шифф.

 — Сначала меня, а затем и тебя заставят рассказать всё, и мне даже не хочется думать о том, что произойдет дальше. Ты откусил слишком большой кусок, прожевать который ни мне, ни тебе не по силам.

— Предлагаешь отнести этот трофей обратно на нейтралку и выбросить в самую глубокую дыру, где его никто никогда не найдет?

— Я предпочел бы просто не знать о его существовании. Ну, или не помнить.

Память у меня очень гибкая. Я умею намертво забывать информацию, обладание которой может быть опасным для жизни. Ну а ты, я полагаю, придумаешь, что с ним сделать. Кажется, у тебя уже есть опыт обращения с подобными вещами.

— У меня такой костюмчик не один, — я изобразил на лице кривоватую улыбку. — Думаешь, я принес бы на продажу этот экземпляр, будь он единственным?

— Рич, я ведь достаточно ясно дал понять, что не хочу об этом знать.