Ужин с папочкой (ЛП)

Коннор первым поднимается из-под белых простыней, его светлые волосы взъерошены, губы распухли и покраснели. По движению шелка вокруг его бедер я уже поняла, что он голый.

Рыжая девушка рядом с ним скатывается на край матраса, приседает и ныряет под кровать. Через несколько секунд она встает, все еще голая, но уже с револьвером в руках.

Мой желудок скручивает. Я пошатываюсь назад, сердце подпрыгивает к горлу.

Это Лайра, мачеха Коннора. Более того, она приближается ко мне с пистолетом. Глаза взрослой женщины безумны, радужная оболочка – это крошечное серое кольцо вокруг горящих зрачков.

Адреналин бьет меня по заднице, переводя из состояния борьбы в состояние бегства. Я поднимаю ладони к потолку и кричу:

Надо было взять дополнительную смену в больнице. Или зайти в магазин за рыбой и картошкой. Как так получилось, что желание сделать сюрприз своему парню переросло в то, что его мачеха держит меня на мушке?

— Пожалуйста, — говорю я и отступаю в сторону коридора. — Опусти пистолет.

Она шипит сквозь зубы, выглядя более убийственно, чем Медуза горгона с этой гривой рыжих кудрей.

— Лайра, не надо, — говорит Коннор с кровати.

— Мы можем очень быстро от нее избавиться, — говорит Лайра. — Так она не расскажет твоему отцу.

— Нет, нет, нет, нет, — говорю я. — Я не скажу ни слова.

Коннор набрасывается на женщину и валит ее на пол.

Я поворачиваюсь, не обращая внимания на потасовку, и бегу по коридору. Хоть раз за все восемнадцать месяцев наших отношений я пожалела, что Коннор живет в не крошечной квартирке с пожарными выходами, а в огромном особняке своего отца.

Мои кроксы скрипят по мраморному полу, когда я достигаю парадной лестницы с железными перилами. Я жалею о своем выборе обуви, потому что сейчас мне нужны кроссовки. Лайра в любой момент может вырваться от Коннора и выстрелить мне в спину.

Я всегда знала, что с этой женщиной что-то не так. Она вышла замуж за отца Коннора, зная, что он один из самых влиятельных членов в ирландской мафии. Такие мужчины не женятся на ком попало.

От выстрела я бегу по лестнице так, будто ад только что разверзся, и его псы скребутся у моих ног. Коннор вопит, мелкие волоски на моем затылке встают дыбом.

Ужас сковывает мои шаги. Это в него только что выстрелили? Есть ли мне до этого дело? Может быть, но он - единственное, что стоит между его мачехой-убийцей и верной смертью.

— Брианна, — кричит Коннор.

Добегаю до подножия лестницы, спотыкаюсь и мчу по коридору вниз. В ушах шумит кровь, пот режет глаза.