Ужин с папочкой (ЛП)

Он продолжает поглаживать свой ствол, словно пытаясь убедить меня, что это не страшно. Я завороженно слежу за движениями его пальцев. Толстые вены проступают по бокам, словно лианы, обвивающие дерево, притягивая меня ближе.

Это изысканный шедевр. Просто завораживает.

Минуточку. Почему я жалуюсь, если тощий член Коннора ни разу не заставил меня кончить? Бард огромен, но он потратил столько времени, чтобы я расслабилась и приготовилась. Он точно знает, что делает.

— Ты в порядке? — спрашивает он.

— Просто это так.

Большинство парней преувеличивают, когда говорят, что они огромные.

— Ты будешь хорошей девочкой и возьмешь мой член или будешь продолжать быть соплячкой?

У меня отпадает челюсть.

Как он меня только что назвал?

— Я не соплячка, — огрызаюсь я.

— Докажи это, — говорит он.

Обратная психология на меня не действует. Именно это я и говорю себе, когда моя рука сама собой перемещается между нашими телами и хватает его ствол. Он такой толстый, что мои пальцы не смыкаются, но я стараюсь крепко сжать его.

Бард шипит сквозь дыхание, его бедра дергаются. Моя грудь вздымается от триумфа, и я упиваюсь чувством победы. Кого он назвал соплячкой?

— Поверь мне, — говорю я, набираясь храбрости. — Это ты будешь стонать.

Ухмыляясь, Бард накрывает мою руку, обхватившую его член.

— Хочешь поспорить, милая?

— Давай. — Я покачиваю бедрами.

Когда он упирается своей головкой в мой вход, по позвоночнику пробегают мелкие мурашки. Мышцы напрягаются, пульс учащается, а на лбу выступает пот.

Бард - первый мужчина старше меня, первый огромный член, и первый мужчина, который заставил меня дважды кончить, не желая ничего взамен.

Он наклоняется, его губы касаются моего уха.

— Дыши, Брианна. Растяжка расслабила твою киску. Ты даже не почувствуешь толчка.

Должно быть, он чувствует, как я напряглась, потому что его вторая рука проскальзывает между нашими телами и проводит успокаивающие круги по моему клитору.

— Хорошая девочка, — хрипит он. — Ты так хорошо справляешься.

— Давай уже, — шепчу я, мои конечности дрожат.

Он толкается в меня, пока головка его члена не проникает внутрь. Ощущения взрываются в моем ядре, по внутренней стороне бедер и вверх по животу. Я тяжело дышу, глаза закатываются к затылку.

— Смотри на меня, — говорит он.