Ужин с папочкой (ЛП)

Неужели это просто уловка, чтобы заставить меня опробовать эту извращенскую игрушку?

Давление нарастает вокруг моего ядра, и мои мышцы сжимаются. Бард наклоняется так близко, что я чувствую жар его дыхания на своих складках.

— Уже почти, — говорит он.

— Почти что? — отвечаю я, задыхаясь.

Мой клитор настолько набух и чувствителен, что я ощущаю отпечатки его пальцев. Каждое легкое поглаживание, которое он проводит по моему чувствительному месту, зажигает внутренности, как фейерверк.

Я дергаю бедрами, желая большего трения, нуждаясь в нем, но Бард не усиливает давления.

Электричество проносится по моей нервной системе, а сердце скачет, как лошадь на карусели. Я прикусываю губу, пытаясь сдержать свое возбуждение, но это нисколько не помогает остановить дрожь в мышцах. Давление нарастает внутри, закручиваясь и разворачиваясь в предвкушении, пока каждый сантиметр меня по спирали не приближается к краю.

Голова кружится. Я балансирую на грани удовольствия и боли с невыносимым напряжением, которое держит меня в подвешенном состоянии изысканной пытки.

— Ты вся мокрая, — голос Барда прорывается сквозь дымку. — И так близко.

— Просто дай мне кончить, — говорю я сквозь стиснутые зубы.

— Что? — выдавливаю я.

— Ощути растяжку, и это даст тебе разрядку, — хрипит он, похоже, что ему доставляет удовольствие наблюдать, как меня уничтожает секс-игрушка. — Тужься.

Я сжимаю зубы и надавливаю, мои мышцы пытаются вытолкнуть растяжку. На этот раз она расширяется еще немного, прижимаясь к точке джи так сильно, что у меня звенит в ушах.

Его пальцы проводят по моему клитору, вызывая молниеносную бурю наслаждения. Я вскрикиваю, мои нервы воспламеняются, ощущения обжигают, как электрический огонь. Мои конечности бьются об диван, а растяжка сжимается и разжимается, продлевая оргазм.

Бард поднимает меня с дивана и крепко прижимает к себе, как будто только благодаря ему я не могу разбиться вдребезги.

Мои веки смыкаются, расплавленное удовольствие бежит по моим венам, заставляя тело содрогаться от изящных толчков.

— Ты так красива, когда кончаешь, — говорит Бард, и его голос приковывает меня к этому миру.

Мои губы раздвигаются, но я не могу вымолвить ни слова. Черт, я даже не знаю, что сказать. Ничто и никогда не заставляло меня так сильно кончать.