Узы крови

Все равно надо проверить. Поезжайте туда сами, инспектор. И чтобы все было сделано по высшему разряду. Ясно?

– Разумеется, господин майор.

* * *Дом Гасснеров находился в Ванзее, самом фешенебельном юго-западном пригороде Берлина. Инспектор Ланге поехал окольным путем, по Гогенцоллерндамм, а не по скоростной автостраде, так как здесь движение было менее интенсивным. Он пересек Клаяль, проехал мимо здания ЦРУ, скрытого за забором из колючей проволоки, затем мимо генштаба армии США и, повернув направо, выехал на то, что раньше именовалось Дорогой номер один, самую длинную дорогу в Германии, бравшую начало в Восточной Пруссии и тянувшуюся вплоть до бельгийской границы.

По правую руку от него промелькнул Брюкке дер Айнхайт, мост Единства, на котором разведчика Абеля обменяли на американского пилота У-2 Гарри Пауэрса. Инспектор Ланге свернул с автострады и очутился среди покрытых лесом холмов Ванзее.

Дома здесь, как на подбор, были внушительными и красивыми. По воскресеньям инспектор Ланге частенько привозил сюда жену, чтобы вместе поглядеть на эти дома и окружавшие их парки.

"

"Быстро найдя нужный ему адрес, инспектор свернул на подъездную аллею поместья Гасснеров. Поместье олицетворяло собой нечто большее, чем деньги: Власть! Перед могуществом династии Роффов трепетали даже правительства. Майор Вагеман был прав: тут надо вести себя очень осторожно.

Инспектор Ланге подъехал к парадной двери трехэтажного особняка, снял шляпу и нажал на кнопку звонка. И стал ждать. Дом был погружен в давящую тишину нежилого помещения.

Но этого не могло быть. Он позвонил снова. Ни звука в ответ, ничего, кроме этой гнетущей, мертвой тишины. Пока он решал, идти ли ему к черному ходу или еще немного подождать здесь, дверь внезапно отворилась. На пороге стояла женщина. Она была средних лет, некрасива, одета в смятую ночную рубашку. Инспектор Ланге принял ее за прислугу. Представившись, он сказал:

– Я хотел бы переговорить с фрау Вальтер Гасснер.

– Фрау Гасснер – это я, – сказала женщина.

Инспектор Ланге едва сумел скрыть свое удивление.

Она полностью отличалась от того образа хозяйки этого дома, каким он себе его представлял.

– Я... нам кто-то недавно звонил отсюда в полицейское управление, – неуверенно начал он.

Лицо ее было непроницаемым, взгляд тусклым и отрешенным. Инспектор Ланге смешался, не зная, как вести себя дальше, но чувствуя, что делает что-то не так, что упускает самое важное.

– Это вы звонили, фрау Гасснер? – наконец спросил он.

– Да, – ответила она.