Узы крови

Густой дым, валивший отовсюду, наполнял комнату видениями пляшущих химер, постоянно ускользающих от его прикосновения. Откуда-то сверху на Алека вдруг свалился огонь, ласково коснулся его волос, и треск пламени стал голосом Вивиан, зовущей его к себе.

В яркой мгновенной вспышке он увидел ее. Вытянувшись, она лежала на кровати, и ее прекрасное тело было полностью обнажено, и только на шее алела повязанная вокруг нее лента, красная лента, которая была на ней в ту ночь, когда она впервые отдалась ему.

– Ты единственный, кого я любила.

И Алек поверил ей. Он должен был наказать ее за то, что она делала. Но он был хитер – он заставил других платить за ее грехи. Все эти ужасы он творил ради нее. Он придвинулся к ней еще ближе, и голос Вивиан вновь прошептал:

– Ты единственный, кого я когда-нибудь любила, Алек.

И он знал, что это правда.

Она протягивала к нему свои манящие руки, и он опустился рядом с ней на колени. Обнял ее, и они навеки слились воедино. Он вошел в нее и стал ею. И в этот раз он ее удовлетворил. И охватившее его блаженство было сродни щемящей невыносимой боли. Он чувствовал, как полыхает ее тело, сжигая и его самого своим жаром, и, пока он завороженно смотрел на Вивиан, красная лента вокруг ее шеи вдруг превратилась в пламя, ласкающее и целующее его.

Как и все его жертвы, он умер в момент наивысшего наслаждения."