Узы любви

— Мне следовало бы скорее поинтересоваться, почему ты вообразила, что капризы Иоанна играют в этом деле какую-то роль? Насколько мне помнится, ваш союз благословил сам король Ричард, так что его разрешения не требовалось. И если бы Иоанн намеревался воспрепятствовать свадьбе, так и объявил бы. То, что он упомянул об этом не лорду Гаю, а тебе, яснее ясного указывает на какую-то очередную подлость или интригу. Вряд ли он осмелится оскорбить такого верного вассала, как лорд Гай, который едва ли не единственный из его баронов сохраняет ему преданность.

Еще один довод, подтверждающий предположения Милисент. Иоанн наверняка промолчал бы о ночном происшествии, но если бы Милисент проговорилась, свалил бы на нее всю вину и притворился невинной овечкой. Нужно бы признаться во всем Рейне, но девушка колебалась. Чем больше людей узнают о попытке короля, изнасиловав невесту, разрушить брак с Вулфриком, тем сильнее будет его стремление отомстить той, кому так легко удалось избежать позора.

Поэтому она лишь обронила:

— Возможно, вы правы.

— Ну вот, это мы уладили. А теперь признайся, что еще тебя мучит?

— Не подумай, что я собираюсь лезть в твои дела, но меня удивило, что ты так настроена против брака с Вулфриком. Я знаю его едва ли не с рождения. Он вырос прекрасным молодым человеком, делающим честь своей семье и отцу. Мой муж не раз сражался рядом с ним на поле боя и всячески превозносит парня.

Кроме того, я знаю, что женщины находят его привлекательным. Да что далеко ходить, моя старшая дочь ведет себя, как настоящая влюбленная дурочка, когда он наезжает в гости. Что же тебе так в нем ненавистно?

Милисент не знала, что сказать. Не упоминать же о своих детских обидах, которые Рейна наверняка посчитает ничтожными и давно оставшимися в прошлом? Но на память пришла еще одна причина. Может, ее Рейна найдет достаточно основательной?

— Вот как… — понимающе протянула собеседница.

 — Что же, не слишком мудро с его стороны, но может, это не так серьезно, как тебе кажется. И еще есть время все исправить.

— Заставь его полюбить тебя, а потом постарайся стать для него единственной на свете, — усмехнулась Рейна.

— Вы, случайно, не знакомы с моей сестрицей? — проворчала Милисент. — Поете в один голос.

— Обычное женское суждение, дорогая, — засмеялась Рейна.