Сложно было наверняка угадать эмоции, таящиеся в глубине его глаз. Единственные эмоции, которые я всегда могла распознать без труда — ярость и похоть, но ни того, ни другого в его взгляде сейчас не было. Что весьма странно, учитывая моё сопротивление и близость наших тел.
Возможно, он изменился, а, возможно, я снова я придумала себе то, чего нет на самом деле.
— Если ты не впустишь меня в свой дом, я войду в него сам, — ехидно проговорил Арчи. — Ты же меня знаешь.
— Знаю, — согласно кивнула и он, наконец, выпустил меня из своих объятий.
— И именно потому что знаю, не хочу впускать тебя в свой дом.
— Но впустишь?
— Впущу, — обреченно вздохнула я. — Но утром ты исчезнешь до того как проснётся Полина.
На несколько долгих секунд между нами возникло молчание, во время которого Арчи, словно взвешивал своё решение.
— Хорошо, — коротко ответил он и последовал за мной в дом.
Сняв у порога обувь и куртку, он окинул моё скромное жилище оценивающим взглядом.
— Постелю тебе в гостиной, — бросила ему, через плечо.
Достала из шкафа комплект чистого постельного белья и, обернувшись, столкнулась с, уже по пояс обнаженным, мужчиной. — Какого?..
— Мне бы помыться с дороги, — с легкой хрипотцой ответил он на мой незаданный вопрос. — Можно.
Вздохнув, вручила ему в руки постельное белье, повернулась к шкафу и достала с верхней полки большое махровое полотенце, которое также грубо вручила ему в руки, едва сдерживая себя от того, чтобы ни швырнуть ему в лицо.
— Баня во дворе, — сказала, обходя его стороной. — Но у меня есть только женские и детские средства гигиены.
— Это к лучшему, — с загадочной полуулыбкой произнёс Арчи и, подойдя к дивану, оставил на нём постельное белье, после чего накинул на плечо полотенце.
— Возвращаешься из бани тихо, чтобы не разбудить Полину. И сразу ложишься спать, а утром, будь добр, исчезни так, чтобы Полина тебе не увидела, и я тоже, — сказала ему строго и ушла в свою комнату, чтобы не разглядывать его обнаженный торс.
Заглянула в комнату к дочери и, убедившись в том, что она сладко спит, вернулась за свой рабочий стол, сняв кардиган, повесила его на спинку стула, включила настольную лампу и продолжила проверку тетрадей."
"В тишине дома услышала, как открылась, а затем закрылась входная дверь — значит, Арчи ушел в баню.
Встряхнув головой, сконцентрировалась на неровном детском почерке, пытаясь вникнуть в смысл старательно выведенных строк.
