В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– Так решил директор Дамблдор! Он великий маг и хороший человек, он хотел, как лучше. Тебе угрожала беда! Тебя могли убить!

– Да, – кивнул Гарри, – могли. И вместе со мной могли убить тех, кто меня приютил. Маглов не жалко, правда, Рон? А маги просто побоялись меня забрать. Ни твоя бабушка, Невилл, ни твои родители, Рон, никто не сказал великому магу Дамблдору: «Мы не боимся мести Пожирателей, мы защитим Гарри, и он будет расти вместе с нашими детьми».

– Ты не прав, Гарри, – сказал Хагрид, волнуясь. – Я сам забрал тебя из горящего дома и…

– Ну и отвёз бы к себе, – Поттер закусил губу.

– В Хогвартсе было безопасно, ты сам мне говорил. Чем я хуже твоей глупой собаки? И воспитал бы меня героем, на радость всем Уизли.

– Гарри, – умоляюще проговорил лесничий после долгого и тяжёлого молчания, – так надо было, зачем ты на нас сердишься?

– Я до одиннадцати лет не знал, что я волшебник, – жёстко сказал Гарри. – Не знал, что герой. Не знал, что мои папа и мама давным-давно умерли. Ничего не знал.

И я до сих пор не знаю даже, как они выглядели и где похоронены. Вы бросили меня.

– Но, Гарри, – пролепетала Гермиона. – Я тоже не знала, что волшебница. Но это не мешает мне…

– Грейнджер, – преувеличенно спокойно сказал Поттер. – Осиротеешь – тогда поговорим. Пока за твоё «не мешает» платят родители.

Невилл смотрел в пол и не смел поднять взгляд, уши и щёки у него горели. В хижине опять воцарилось молчание.

– С моим героизмом понятно, – сказал наконец Гарри. – Меня никто в героических традициях не воспитывал и в пример доблестных родителей не ставил.

Вас растили родные люди и рассказывали о своих подвигах. И почему-то никто из вас героем не стал. А, Уизли? Пошёл бы и навалял Нотту с компанией. Поводов, небось, за сотню уже перевалило. Трусишь, гриф паршивый? И как только на факультет храбрых попал, наверное, отец подсуетился. Министерские, они проныры ещё те. А ты, Лонгботтом? Почему ты до сих пор не сказал Снейпу, что не позволишь себя унижать?

Невилл сгорбился, смаргивал слёзы и изо всех сил старался не расплакаться в голос.

Ему было невыносимо стыдно, а бабушкины рассуждения о «никчёмном полусквибе Поттере» казались злыми и подлыми.

– А ревёшь почему? – раздался вкрадчивый голос Поттера над самым ухом. – Разве ты не знаешь, что герои не плачут?

Невилл всхлипнул и отвернулся.

– Отца не трогай! – набычился Уизли. – Ничего он не проныра и получает сущие кнаты.

– На семерых детей и жену хватает, – пожал плечами Гарри.