На конверте сама собой появилась надпись красивым почерком, не имевшим ничего общего с ноттовыми каракулями: «Профессору Северусу Снейпу. Хогвартс».
– Ответа можешь не дожидаться, – сказал Магнус сове и привязал письмо к её лапе. – Не даст печенья, клюнь в нос. Хотя кого я учу.
Сова насмешливо прищурилась и бесшумно вылетела из сарайчика.
Потом Нотт долго беседовал с Ургхартом, пока бойцы, потея и матерясь, таскали массивные железные цепи. Чуть позже Магнус выдержал недолгий, но яростный скандал с Паркинсоном, удостоился очередной порции ехидных нотаций от дедули Джагсона и помчался домой, чтобы поговорить с Нарциссой.
Дома случился Люцев бунт, а затем дракклов трельяж сбил весь настой на серьёзный разговор.
Теперь же Нотт попросту трусил, не решаясь начать беседу с возлюбленной.
– Выкладывай, – повторила Цисси и нахмурилась. – Ещё одного интригана я не переживу.
– Какой из меня интриган? – изумился слегка опешивший Нотт.
– Никакой, – вздохнула Нарцисса. – Самая опасная разновидность, чтобы ты знал.
Вовек не догадаешься, что такой учудит. Говори, солнце моё.
Нотт даже зажмурился, набираясь храбрости, а потом выпалил:
– Это я во всём виноват! Люциус из-за меня чуть не погиб.
Нарцисса округлила глаза и постучала согнутым пальцем по лбу.
– Я же знал, откуда деньги. Цисси. Я позволил штабному заниматься тем, чему его никто и никогда не учил. А сам сидел тут, как идиот, со счетами и расписками! Наоборот надо было.
– Люци вовсе не так беспомощен, как тебе кажется, – помолчав немного, сказала Нарцисса.
– Но он был один, а в одиночку не воюют, моя королева. Поэтому завтра я вытрясу из Люца все подробности, уж не обижайся, любимая. Капризничать может, значит, чуть окреп.
– Всё не вытрясешь, это же Малфой, – усмехнулась Нарцисса. – Но идея мне нравится.
Она задумалась, а потом внезапно спросила:
– Любимая? А Люциус?
– А что Люциус? – прикинулся Нотт идиотом.
– Магнус, не лги мне! – погрозила пальцем Нарцисса и, опустив глаза, прошептала: – Мне ли не знать, что он может влюбить в себя, кого пожелает, вейла блудливая.
"
"– Что значит достойная супруга, блюдущая мужнину честь! – восхитился Нотт, справившись с некоторым замешательством. – Милая, не хочу тебя обидеть, но пёрышки у нашей вейлы изрядно ощипаны – Снейп расстарался.
– Нашей? – подозрительно прищурилась Цисси.
– Конечно, – с готовностью кивнул Нотт. – Я же вижу, что Люц тебе дорог. И мне он нравится – роскошный сукин сын. Я надеюсь, мы подружимся, но в нашей кровати ему делать нечего.
