– Все бывает, – я пожала плечами. – Но мои родители, например, до сих пор любят друг друга, и отношения у них очень нежные и теплые.
– А мои родители поженились по голому расчету, – сказал Вейн, – и отношения у них до сих пор есть. А многие, создавшие семью по любви, эту семью потеряли.
В словах менара сквозила горечь. Он действительно потерял многое, но неужели разочарование его столь велико, что он не готов к новым чувствам? Спросить об этом прямо я не могла. Не хотелось выдавать свое знание всех нюансов его неудачного брака.
Неизвестно, как он отнесется к моей осведомленности.
– Значит, ты хочешь такой же брак, как у твоих родителей? Считаешь, он будет более крепким и долговечным? – сыронизировала я.
– Почему такой же? Ты мне очень нравишься, поэтому про голый расчет речи не идет. Думаю, мы бы вполне могли совмещать приятное с полезным.
Вейн протянул ко мне руку и убрал выбившийся локон, а затем аккуратно коснулся щеки. Я замерла, завороженная его прикосновением и неожиданно теплым взглядом, забыв даже дышать, и неосознанно потянулась к нему.
"
"Казалось, время остановилось, – и, если бы не удары пульса, гулко стучащие в ушах, я бы совсем перестала верить в реальность. Все ощущения будто смыло водой, оставив только покалывание в неожиданно пересохших губах. Мир сузился до глаз мужчины, такого близкого и, оказывается, такого желанного. Наши губы коснулись сначала робко – неуверенное прикосновение, потом другое – а дальше ладонь Вейна скользнула под мой затылок и крепко прижала к себе.
Я обняла его плечи, стараясь оказаться еще ближе. Голова кружилась то ли от нахлынувших чувств, то ли от нехватки воздуха, но прерываться хотя бы на миг не хотелось. Это было какое-то наваждение, от которого я не могла избавиться. Навязчивая идея, что я хочу его здесь и сейчас. Нет, не так: что я просто хочу этого мужчину – всегда, везде, в любых обстоятельствах. Я хочу, чтобы он был моим, а я принадлежала ему. Я даже не успела понять, как его рука оказалась у меня под одеждой, когда теплые пальцы скользнули по животу, заставив вздрогнуть, а потом ладонь накрыла грудь.
От внезапно нахлынувших ощущений я сделала резкий вдох, прервав поцелуй, и… резко отпрянула.
Отползая от менара, который, не шевелясь, наблюдал за моими маневрами, я старалась поправить на себе одежду. Замерев на приличном расстоянии, я не знала, что дальше делать и как себя вести. Не убегать же в чисто поле одной, а встречаться взглядом с Вейном не решалась.
