В этот раз хочу злодея (СИ)

Теперь мои вкусы серьезно так изменились, где утонченность и томность с разгромным результатом уступают широкой груди и сильным загорелым рукам со вздутыми венами.

Да, не покажи Джинн своего лица, он бы казался грубым, неповоротливым и опасным громилой. Но вкупе с нереально красивым лицом достойным какого-нибудь бога войны, образ сложился идеально. Сейчас я понимаю, что будь у наемника иное телосложение, даже красивое лицо бы уже так не работало.

— Этот мир не спасти… — с прискорбием всхлипнула я под озадаченным взглядом Джинна.

Но после с горящими глазами вскинула голову и вопросила: — Погоди… раз так, значит ли это, что ты… ну… холост? — с голодным блеском в глазах потребовала я ответа, чем заставила мужчину растеряться и даже опасливо отступить, точно я его покусать собиралась. Ладно еще грудь стыдливо руками не прикрыл. Видать, еще не пуганный.

— А это тут причем? — нахмурился наемник, но в этом вопросе я услышала ответ на свой вопрос и мысленно возликовала.

Раз так, то в этом мире у меня буквально нет никакой конкуренции! Все брутальные красавчики ходят бедные, одинокие и своей ценности не знают! Несправедливо! — У тебя опять слюна потекла. Ты проголодалась? — уже всерьез обеспокоился Джинн, напоминая, что нужно себя лучше сдерживать, если не хочу, чтобы меня записали в извращенки. — У меня есть немного вяленного мяса, — заботливо полез он за пазуху.

«Он еще и заботливый…» — слезно умилилась я мысленно.

— И вообще, разве ты не невеста герцога? Нормально ли тебе говорить подобное другим мужчинам? — немного погодя задал вопрос Джинн, пока я грызла нежевательную вяленую говядину вместо жвачки.

И снисходительно хрюкнула.

— Милый, я всего лишь говорю, что ты красивый, а не тащу тебя в постель с грязными намерениями, — развела я руками. Наемник, кажется, поперхнулся и насупился, точно я его по носу щелкнула. — Моя совесть перед герцогом чиста. Ко всему прочему, я никогда не говорила, что намереваюсь выйти замуж из-за большой любви к нему.

— Тогда почему? Ты ведь его даже не видела никогда, — еще больше нахмурился Джинн, а после присел на месте, замер, прислушался и метнул кинжал в кусты. Я уже знала, что там таится мелкий бес, потому не удивилась предсмертному писку и продолжила невозмутимо отрывать куски от мяса, словно ничего и не было.

Наемник с сомнением покосился на меня и наверняка поразился моему хорошему аппетиту и невозмутимости.