В канун Рождества

Люси с облегчением перевела дух.

— Можно мне ее навестить?

— Лучше дать ей немного отдохнуть.

— Возьми Горацио прогуляться, — сказала Элфрида.

— Куда вы собираетесь пойти, Люси? — спросил доктор.

— Думаю, на побережье.

— Птицы вас интересуют?

— Я даже не знаю, как они называются.

— Там множество красивых птиц. Завтра я принесу вам книгу о птицах.

— Не за что. Ну, мне пора. Созвонимся, мистер Бланделл. До свидания, миссис Фиппс.

Доктор спустился вниз, и парадная дверь захлопнулась за ним.

Люси видела в окно, как он сел в автомобиль и уехал на следующий вызов. На пассажирском месте у него сидела собака и смотрела в окно. Большой спаниель с висящими ушами. Как хорошо, должно быть, служить сельским доктором и разъезжать на вызовы в автомобиле с собакой, подумала Люси.

Миссис Снид была права. День выдался хоть и не дождливый, но грозящий ненастьем. Странно, в выходные стояла такая ясная и тихая погода — Оскар смог даже разжечь костер. С Горацио на поводке Люси вышла за ворота, пересекла площадь и свернула на дорогу, ведущую к гольф-клубу.

Игроков было немного, и на стоянке Люси заметила всего несколько автомобилей. Дорога вилась через поля для гольфа, постепенно поднимаясь вверх, и, когда Люси вышла на плоскую вершину, ей открылся огромный купол неба с низким серым облаком и чистый, будто стальной, горизонт. Уже начался прилив, и небольшие волны накатывали на блестящий мокрый песок. Вдали был виден маяк. Люси подошла к небольшой автомобильной стоянке, где стаи моёвок выклевывали мусор из контейнеров, видимо, рассчитывая отыскать корки хлеба и черствые сэндвичи. Увидев птиц, Горацио залаял, и они поднялись, недолго покружили и снова уселись копаться в отбросах.

Люси спустила пса с поводка, и он побежал вниз по склону на песок, который у подножия дюн оказался глубоким и рыхлым. Идти по нему было трудно, и Люси вышла на кромку мокрого твердого песка. Оглянувшись, она увидела отпечатки своих ботинок, а вокруг следы лап Горацио, точно стежки на полотне.

В одном месте Люси набрела на камни, среди которых попадались маленькие заводи. Потом открылось широкое побережье, дугой уходящее на север. Далеко впереди набегали друг на друга серые неприступные холмы, припорошенные снегом, небо за ними казалось багрово-темным, цвета свежего кровоподтека. Лицо Люси обжигал леденящий ветер.

Она была одна. Только птицы носились над мусорными баками.