В канун Рождества

Он поставил стакан на полку, подошел и взял Элфриду за руку.

— Нет, просто старая актриса. Но очень счастливая старая актриса.

И она осторожно, чтобы не испачкать помадой, поцеловала его в щеку.

— Ну, а ты как, Оскар? — Они очень хорошо понимали, в чем суть ее вопроса. — Нормально?

Он кивнул. Тут кто-то позвонил в дверь. Горацио вскочил с оглушительным лаем и бросился вниз по лестнице.

Элфрида рассмеялась.

— А я-то старалась!..

— Я спущусь, — встрепенулась Люси в тайной надежде, что явилось семейство Кеннеди: она сгорала от нетерпения произвести впечатление на Рори.

— Мы первые? Мы пришли слишком рано?

— Ну конечно не рано, — возразила Люси. — Мы ждем вас. Давайте мне ваши пальто. Все уже наверху.

И вечеринка началась.

В четверть девятого она закончилась. Супруги Ратли, Синклеры и Эрскин-Эрлы отбыли, задержались только Кеннеди, которые приехали в Усадьбу после ежегодной рождественской встречи в Доме престарелых. Питер, который был сегодня в облачении священника, с белым воротничком, похожим на собачий ошейник, объявил, что по горло сыт чаем и булочками, но с благодарностью опрокинул бы стаканчик виски в веселой компании.

Сэм подбросил в камин дров, и все с удовольствием опустились в кресла, давая отдых усталым ногам. Рори и Люси ушли на кухню помочь миссис Снид и Артуру с мытьем посуды и уборкой, оттуда доносились их веселые голоса и смех.

Элфрида, подложив под спину подушки и сбросив туфли, сказала:

— Просто не верится, что все уже позади. Мы суетились целый день, и вдруг оказалось, что уже восемь вечера и гости поглядывают на часы и говорят, что пора отправляться восвояси.

— Это признак удачной вечеринки, — заметил Питер, — время летит как на крыльях, когда людям хорошо.

Он восседал в большом кресле, а у его ног на ковре уютно устроилась Табита.

— Мне понравилась леди Эрскин-Эрл, — сказала Кэрри. — В своей пушистой шали и жемчугах она была похожа на маленького пони из горной Шотландии.

— Это наша звезда, — рассмеялась Табита.

— Они с миссис Снид болтали без передышки.

— Это потому, что обе работают в комитете по сбору средств для церкви и «Женского института». Впрочем, Элфрида, попросив миссис Снид и ее супруга помочь вам, вы могли не опасаться затянувшихся пауз в разговоре.

— Артур оказался мастером на все руки, — вставил Оскар. — Успевал быть и дворецким, и барменом, принимал заказы на цветы и фрукты к Новому году. Эмма Эрскин-Эрл заказала ему хризантемы, а Джэнет Синклер — шесть авокадо.