В канун Рождества

В дождливые дни она обычно отправлялась на кухню печь печенье, и оно всегда или пригорало, или оставалось недопеченным, но мне приходилось есть его и божиться, что оно просто замечательно вкусное. Мы вместе слушали музыку и иногда играли в четыре руки на рояле.

— Она хорошо играла?

— А что она умела делать лучше всего?

Их взгляды встретились, и они долго молча смотрели друг на друга. Франческа умела жить, но умерла! Ее юная жизнь оборвалась из-за автомобильной аварии, в роковой, беспощадной катастрофе.

Люси не знала, что сказать.

Она с ужасом увидела, как глаза Оскара заволокло слезами, а губы дрогнули. Порывистым движением он закрыл глаза ладонью. Он хотел что-то сказать, но не смог, из груди его вырвалось рыдание.

Люси еще никогда не видела, как взрослые плачут от невыносимого горя. Она смотрела на Оскара, не зная, как его утешить. Он покачал головой, словно сожалея о своей слабости, пытаясь, несмотря на всю боль, взять себя в руки. Через минуту, к ее огромному облегчению, он вынул из кармана еще один платок, высморкался и даже улыбнулся:

— О, это ничего, Оскар.

Все в порядке. Я понимаю.

— Да, думаю, что ты понимаешь. Смерть и жизнь неразрывны. Я должен всегда помнить об этом, но иногда эта истина от меня ускользает.

— Но ведь жить необходимо? И помнить тоже?

— Это важнее всего на свете.

Он снова спрятал платок.

— Знаешь, в день твоего приезда, когда мы с тобой сидели в церкви и говорили о Рождестве и о зимнем солнцестоянии, то есть о самом коротком дне в году, я впервые подумал о Франческе без отчаяния.

Я вспомнил, как год или около того назад у нас с ней был такой же разговор. Я пытался объяснить ей смысл появления рождественской звезды с научной точки зрения. Она слушала внимательно, однако я ее не убедил. Она не желала, чтобы ее убедили. Ей нравилась легенда.

Франческа хотела, чтобы Рождество было таким, как в легенде, иначе оно теряло для нее свою волшебную притягательность. Потому что рождественские гимны, ночная темнота и подарки были неразрывно связаны с тем временем года, когда жизнь обретает крылья и весь мир воспаряет вверх, к звездам.

— Правильно, таким и должно быть Рождество.

— Оставайся с нами, Люси.

— Оскар, я вас люблю.

— В мире, вокруг нас, много любви. Никогда об этом не забывай.

— Ты не хочешь спуститься в кухню и поужинать вместе со всеми? Если они, конечно, что-нибудь для нас оставили.

— Мне надо причесаться и умыться.

— Ну, так давай. — Оскар отпустил ее руку, слегка похлопав по ней, встал и пошел к двери.