В краю багрового заката

Когда девушка снова вернулась и присела рядом с ним на ложе, Гуг, наконец, смог спросить ее, – Где мы, сестренка?

Пригнувшись поближе к брату, та шепотом начала рассказывать все по порядку с того самого момента, когда Гуга забодало коровой. Объяснения девушки были настолько путаными и сбивчивыми, что у юноши снова закружилась голова. С ее слов выходило, что племя, которое их подобрало, было немногочисленным, но чрезвычайно могущественным. Наполовину люди, наполовину дневные духи, они творили свои чудеса походя, даже не понимая, что переворачивают мир вверх ногами.

Прирученный огонь сам загорался у них в руках, вода вдруг становилась горячей (при этих словах девушка хихикнула), а сделанная из дерева пещера плыла по воде туда, куда было нужно этим людям, а совсем не туда, куда текла вода.

Гуг не знал что и думать, когда напоследок Дара сказала, что снятые с их голов волосы были отданы духу огня. В доказательство этого девушка провела пальцами по голове брата, и тут он понял, что и он тоже лыс как колено.

Гугу хотелось пойти и попробовать разобраться во всем самому, но, к своему величайшему несчастью, он пока не мог встать на ноги.

Дара сидела и шушукалась с братом до тех пор, пока, к неописуемому удивлению Гуга, деревянная стена перед ним не раскрылась, и в проеме не появилась вторая сестра с одной из своих малышек на руках. Второй ребенок Мары был в руках у незнакомой Гугу высокой худощавой девушки или молодой женщины из приютившего их племени. Отдав спящую малышку Даре, незнакомка внимательно посмотрела на лежащего Гуга.

Тому стало настолько неудобно от этого взгляда, что он даже почувствовал, как краснеет.

По счастью, смотрины продолжались недолго, и незнакомка, которую Дара назвала «Ля-ля», вышла из пещеры, закрыв за собой стену, так что Гуг мог снова расслабиться вытянувшись на ложе. Потом на него пришла посмотреть лечившая его Мудрая Женщина, которую сестры встретили почтительными поклонами. Мудрую женщину звали двумя именами. Первое имя было – «Ма-рина» а второе Гуг не смог бы выговорить, не рискуя сломав язык.

Она не только осмотрела Гуга, но и сменила повязку у него на ноге, смазав рану какой-то резко пахнущей мазью, из-за чего ему снова пришлось вспомнить, что такое боль.

Во время перевязки Гуг умудрился, скосив глаза, посмотреть на свою ногу. Сестры не зря кланялись этой Мудрой Женщине. В их племени получившие такую рану охотники очень часто начинали плохо пахнуть, а потом умирали, иногда быстро, иногда долго и мучительно.