В краю багрового заката

– Ничего, – посмеиваясь, сказал Андрей Викторович, – один раз обгорят, впредь будут умнее. Да и не так далеко на юг мы забрались – не Сочи, чай, и не Канары.

Фельдшерица тоже махнула рукой и удалилась к себе в кают-компанию, напоследок пообещав, что каждый, кто не слушает добрых советов, будет потом страдать в одиночку. Средств от солнечного ожога у нее нет и не предвидится, поэтому каждый должен решать за себя.

Что самое удивительное – все обошлось, слегка порозовели только близняшки, которым солнечные ванны были противопоказаны в принципе, и с ними за компанию Ляля.

Остальным хоть бы хны. Наверное, свою роль сыграли высокая запыленность атмосферы этого времени, да слой высоких и тончайших перистых облаков, перехватывающих большую часть солнечного ультрафиолета. Сменив гнев на милость, Марина Витальевна намазала страдалиц календулой и строго-настрого запретила до самого вечера выходить на палубу. Сами виноваты – старших надо слушать, они дурного не посоветуют.

Ляля сидела на койке, мазалась настойкой и ругала себя.

Надо же ей было так облажаться в глазах жениха. Обещала быть примерной девочкой и во всем его слушаться, а повела себя по-дурацки, прямо как малое дитя. Сама себя наказала – обгорела на солнце, а теперь будет облезать как последняя уродка. Ляля чуть ли не рыдала, то и дело заглядывая в маленькое круглое зеркальце, из которого на нее смотрело жуткое красное лицо со светлыми, полными муки, глазами.

Сергей Петрович вместе с коллегой спустился в кают-компанию для того, чтобы забрать ноутбук и ПАР.

Собравшись, он остановился напротив Ляли, посмотрел на ее расстроенное личико, которое она стремилась от него отвернуть, и вздохнул.

– Не кисни, Ляля, – сказал он, – до свадьбы обязательно заживет. Впредь будешь умнее. Эх, где мои семнадцать лет?!

Сказав это, он повернулся и вслед за товарищем вышел из кают-компании, оставив Лялю в окрыленном состоянии. Вытереть сопли, успокоиться, привести себя в порядок – и жизнь снова прекрасна.

После обсервации и сделанных расчетов Петрович ненадолго задумался.

– Так, – сказал он собравшимся вокруг товарищам, – наше нынешнее положение не совпадает с расчетным примерно на сорок километров. Думаю, в этом виновато встречное морское течение, обходящее Бискайский залив по кругу. Ничего страшного в этом нет. Предлагаю, еще три часа следовать тем же курсом, а потом, как мы вчера и договорились, лечь на курс сто.

– Возражений нет, – сказал Андрей Викторович, – ты у нас капитан – тебе и решать. Действуй.