В краю багрового заката

Геолог же ничего не сказал, только молча кивнул. Дальше все проходило без особых происшествий. Ровно в три часа пополудни Сергей-младший под надзором Сергея Петровича переложил штурвал, выводя «Отважный» на новый курс – и бег по морю, в сторону невидимого пока берега продолжился.

Вечером, когда солнце уже опускалось в воду на западной стороне горизонта, капитан внимательно обследовал в бинокль морское пространство перед «Отважным» и не нашел никаких признаков земли. Сонар, правда, показывал, что глубина стала постепенно уменьшаться, и уже достигла отметки сорок пять метров, но пока никаких причин для беспокойства не было.

– Следовать прежним курсом, – сказал Петрович вахтенным, – внимательно следить за сонаром и слушать море. Если глубина станет меньше пятнадцати метров или будет слышен шум прибоя, то немедленно свистать всех наверх.

Но дополнительные указания не понадобились. Ровно в полночь, когда сонар показывал двадцать пять метров глубины, поднявшиеся с коек трое мужчин вместе с Валерой помогли Антону Игоревичу убрать паруса и отдать сразу два якоря.

После чего, убедившись, что якоря держат, спустились вниз досматривать свои сны. На судне наступила тишина.

Утром, когда первые солнечные лучи разогнали ночную тьму, подсветив розовым светом высокие мазки облаков, на восточной части горизонта над морем обозначилась тонкая темная полоска суши. Валера, спозаранку первым вышедший на палубу, что называется, «отлить», тут же забыл о своем желании и завопил во всю глотку: «Земля!!!», как будто он этой земли не видел как минимум месяц.

На этот вопль из кают-компании тут же повылезал остальной народ, и на «Отважном» началась образцово-показательная вакханалия. Приплыли – в смысле дошли.

Немного выждав, пока схлынут первые эмоции, Сергей Петрович прекратил это форменное безобразие и ввел процесс в конструктивное русло. Вскоре якоря были подняты, паруса поставлены, и судно ходко направилось к виднеющемуся вдали берегу. На первое время Петрович поставил за штурвал Сергея-младшего, а на бак впередсмотрящими послал Лизу с Лялей.

В дальнейшем, в самый ответственный момент, уже у самого берега, он намеревался взять управление на себя.

Довольно быстро, всего через пару часов, стало понятно, что, во-первых, со своей навигацией он попал прямо в яблочко, и во-вторых, все предосторожности были совсем не лишними. В бинокль было видно, что по левому борту, загибаясь на север, тянется скалистый и обрывистый, весьма негостеприимный берег.