В объятиях убийцы

Ловко захватив каждой рукой по четыре небольших джезвы, каждая на одну маленькую чашечку, он круговыми плавными движениями перемещал их в горячем песке. Я подумала, как приятно смотреть на человека, который хорошо и с удовольствием делает свое дело. Любое самое незначительное событие он превращает в искусство.

Гурген собственноручно принес нам кофе, скромно дождался порции заслуженных похвал и долго повторял, что человек, зашедший к нему в ресторан хотя бы один раз, не может не стать его постоянным посетителем.

По дороге к метро я хотела поговорить с тетей Надей о том, что мы выяснили, но она, взглянув на часы и сообразив, что может опоздать к приходу Сан Саныча с работы, пришла в невменяемое состояние, и говорить с ней стало невозможно.

– И почему это все замужние женщины, кроме моей сестрицы, разумеется, так боятся опоздать к приходу мужа?

Как ни спешила тетя Надя, она все же задержалась на минутку.

– А потому, Маринка, что вот как ты думаешь, для чего мужчины женятся? Чтобы каждую ночь было с кем постель делить? Это он и так может получить, жениться не обязательно.

– Чтобы детей иметь?

– Ой, ну брось ты, это только особам королевского происхождения наследники нужны, к тому же у нас с Сашей этот вопрос уже не стоит. Так вот, женятся мужчины для того, чтобы в пустой дом не приходить, это самое главное. И если вдуматься, то это такая малость, чего они от нас требуют, – просто пораньше прийти, чтобы, когда он в дверь звонит, ему открыли, улыбнулись, сказали, что давно ждут и соскучились ужасно.

Так что не удерживай меня! – крикнула тетя Надя на бегу и взлетела по ступенькам перехода, как будто ей семнадцать.

Моя тетка умеет по-новому осветить вопрос, за это ее и люблю.

Дома я думала об Алике. Его алиби оказалось не просто фальшивым – оно было ловко, хитро сфальсифицировано. При этой мысли у меня холодок пробежал по спине. Что же это за человек? Каждый день он казался мне другим, не таким, как вчера. Я то верила ему, то начинала подозревать во всех смертных грехах.

Кто же он на самом деле – добродушный неуклюжий неудачник, или хитрый, расчетливый интриган, или даже убийца? Где его настоящее лицо, а где маска? Какой Алик настоящий, а какой поддельный? Я не могла найти себе места. Что же теперь делать? Не пойду же я в милицию и не стану все это рассказывать? В конце концов, могли и сами все проверить в ресторане у Гургена.

– Маринка, тебя к телефону, – позвала матушка.

– Здравствуй, Марина, это я, Алик. – И замолчал надолго.