В объятиях убийцы

Во-вторых, эта квартира, квартира его деда, квартира, где умерла его мать, останется ему. Никуда не придется переезжать, все будет как раньше. Конечно, могут быть проблемы. Его будут допрашивать, требовать алиби, но с этим все в порядке.

Она довела его до предела. Сначала он хотел умереть сам, потом молил Бога о ее смерти. И вот, свершилось! Пусть его накажут за такие мысли, но ему зачтутся три года адовых мучений при жизни. Если освободиться от нее можно было только таким способом, то он рад, что она умерла. Он не будет ее оплакивать.

Опять Алик сидел в кабинете следователя Громовой и смотрел, как она пишет. Наконец она подняла голову:

– Вам не кажется, Альберт Александрович, что мы с вами встречаемся слишком часто?

– Кажется, но я в этом не виноват.

«Это мы еще посмотрим», – подумала Громова.

– Итак, вашу бывшую жену в субботу утром нашли в своей квартире мертвой. Как написано в заключении врача, умерла она от ран. Всего ей нанесли пять ножевых ранений, два из них оказались смертельными.

– Абсолютно ничего. Я не знаю, кто ее убил.

– Гм… она вам хоть и бывшая жена, но, насколько я понимаю, вы довольно часто общались. Она никогда не жаловалась, что ей кто-то угрожает или преследует?

– Видите ли, я не очень интересовался ее делами и личной жизнью, больше она интересовалась моими.

– М-да, я заметила, отношения у вас были не очень.

– Не буду с вами спорить.

– А когда вы видели вашу жену в последний раз?

– В пятницу вечером, но не поздно.

В глазах Громовой зажегся хищный огонек.

– Подробнее, пожалуйста.

– Она заходила ко мне в районе шести часов вечера, посидела до семи, потом ушла, и больше я ее не видел.

– А о чем у вас шел разговор?

– Она была недовольна, что я впутал ее в дело об убийстве, выставил в невыгодном свете.

– Ну, по-моему, это она сама выставила себя в невыгодном свете.

– Я сказал ей то же самое.

– Значит, вы ссорились?

– Да, немножко, но ушла она от меня в семь часов живая и здоровая.

– Понимаете, Альберт Александрович, в заключении написано, что смерть могла наступить до одиннадцати часов вечера, но не позже. В районе восьми вашу жену видела соседка, она заметила, как та вошла в свою квартиру. Значит, смерть наступила с 20.00 до 23.00.

– И вы хотите знать, где я находился с восьми до одиннадцати?

– Естественно. Только не вздумайте меня уверять, что вы гуляли по улицам и не помните, где это было.