– Я слышала, что вы враждовали, и рассчитывала, что герцог воспользуется представившейся ему возможностью уничтожить тебя.
От возмущения брови Лита полезли на лоб.
– Прежде чем строить планы мести, руководствуясь слухами и сплетнями, нужно удостовериться, что они соответствуют действительности, моя дорогая.
Элеонора бросила на него сердитый взгляд.
– Не называй меня так!
Лит видел, что она не собиралась сдаваться, и удвоил свои усилия.
– Ты явилась в мой дом, убежденная в том, что я – грязный соблазнитель, а потом вкралась в доверие ко мне и к моей матери.
На лице Элеоноры появилось затравленное выражение.
– Учитывая твои грехи, мой обман был вполне оправдан.
– А как же твои поцелуи? Они тоже оправданы?
Элеонора вздрогнула и откинулась на спинку стула.
– Как ты можешь…
– Что именно? Как я могу напоминать тебе ту ночь, когда ты лежала в моих объятиях?
Элеонора закрыла дрожащей рукой лицо.
– Не надо.
– Почему ты отдалась мне?
Она опустила руку, в ее глазах сквозила тоска.
– Потому что я глупа и слаба.
Я убедила себя, что ты не тот человек, за кого я тебя принимаю.
– Или, может быть, ты, пообщавшись со мной, поняла, что явилась не по адресу?
Элеонора вздрогнула.
– Письма, которые я нашла, обличают тебя. На твоей совести преступления, которым нет прощения!
– Мне искренне жаль твою сестру.
– Жаль? Но ведь это ты убил ее!
Лит встал, не зная, как утешить Элеонору.
– Неудивительно, что ты ненавидишь меня.
Элеонора тоже поднялась и пронзила Лита гневным взглядом.
– Не притворяйся, что ты не причастен к гибели Дороти.
Ее история описана в твоем дневнике, который хранится у Гринграсса. Я знаю, что ты был в Кенте, когда с Дороти случилась беда.
– Я? – маркиз вдруг запнулся. – Господи, я действительно был в Пенсхерсте летом на совещании по выработке политической стратегии.
Элеонора с таким триумфом взглянула на него, как будто отправила противника в нокаут.
– Ты соблазнил мою сестру, опозорил и бросил на произвол судьбы. Когда она сообщила тебе о беременности, ты стал издеваться над ней и описывать в скабрезных подробностях свои отношения с другими женщинами.
Литу едва не стало дурно от этих обвинений.
– И ты веришь, что все это сделал я? Это на меня похоже?
Элеонору била дрожь. Она стояла за стулом, положив руки на его спинку.
– Я недостаточно хорошо тебя знаю, чтобы с уверенностью сказать, похоже это на тебя или нет."
"– Значит, ты считаешь, что я погубил твою сестру, а потом взялся за тебя?
– Именно так.
У Лита упало сердце.
