В обратную сторону

Не верится, что уже через шесть месяцев мое тело будет усиленно стремиться к форме шара. Подходя к отражению, поправляю волосы и инстинктивно задеваю ладонью живот, все еще не в силах свыкнуться с новой мыслью.

Прикрываю глаза… Вдох и выдох.

Я точно знаю, кто отец ребенка, и от этого только больнее.

Чувствую всем нутром, каждой клеточкой кожи.

И каждый раз, когда осознание этого пронзает стрелой сердце, мне становится невыносимо больно.

Внезапно меня окружает компания из четырёх мужчин. Парни явно нагло вывалились из ближайшего караоке.

От всей компашки так сильно несет перегаром, что меня мгновенно начинает подташнивать. Я ускоряю шаг, ритмично постукиваю каблуками по асфальту. Таксист высадил меня у неправильного входа в башню, поэтому мне приходится обходить ее в одиночестве.

Компания пьяных мажоров устремляется за мной с ускорением, а мой пульс предательски зашкаливает в ответ. Черт, этого мне еще не хватало.

— Смотри, какая девочка.

— Ну да, красивая. А попка какая… Я бы ее поимел.

— Кольцо на пальце видишь? Как хорошая машина стоит.

Я вновь ускоряю шаг, стараясь не паниковать. Я в Москва-Сити, здесь повсюду охрана. Со мной не может произойти ничего плохого. Но от этих логических мыслей и рассуждений мне не становится легче.

— Ты куда собралась, красавица? Тебя проводить? — с гоготанием интересуется один из придурков.

— Благодарю, доберусь сама, — спокойно отвечаю я, проклиная таксиста, что высадил меня не у того входа.

— Но я настаиваю, — один из ублюдков берет меня за руку, но я быстро одергиваю ее и перехожу на бег.

— Не трогайте меня! — нарастающая внутри тревога достигает критических точек.

— Какая строптивая модница, — они буквально наступают мне на пятки, и в этот самый момент я поворачиваю за угол башни и врезаюсь в чью-то твердокаменную грудь.

Мгновенно узнаю запах своего мужчины.

Димка… мой. Я соскучилась так, что белугой выть хочется. Нуждаясь в защите, инстинктивно и порывисто обхватываю его за шею, а он прижимает меня за талию к себе. Так крепко, насколько возможно.

Иногда мне кажется, что для счастья и спокойствия мне не нужно ничего, кроме как с головой утонуть в его объятиях.

— Ты чего, детка? Сердце так бьется. Дрожишь вся. Переволновалась перед нашей встречей или соскучилась так? — с нежностью шепчет Дима.

Когда он становится со мной ласковым, я теряюсь еще больше. Сейчас в нем нет привычного напускного льда и холода. Кажется, что он сам так сильно соскучился, что мгновенно растаял, увидев меня.