В обратную сторону

Не знаю, кто из нас больше нервничает. Она или я. Робби — вот он точно всем доволен.

— Пусть, ему можно. Мужик должен уметь постоять за себя, — улыбаюсь я, целуя сына в макушку и невольно закрываю глаза, шумно вдыхая неповторимый детский запах. Мой сын пахнет молоком и медом. С ума сойти, как вкусно. — И за маму, если вдруг папа будет на нее кричать, — добавляю я, открывая глаза и пронзительно глядя на Элю. Она шмыгает носом, старательно сдерживая слезы, но у нее это очень плохо получается. Я хочу сказать еще что-то важное и очень правильное, но все мои планы сбивает громкая трель дверного звонка.

— Это няня, — быстро проговаривает Эля, смаргивая влагу с ресниц. — Присмотришь за Робом, я схожу открою.

— Конечно, — мягко киваю я, провожая жадным взглядом пару стройных ножек, и полностью переключаюсь на сына.

— Нам так много с тобой предстоит наверстать, Роберт Дмитриевич. С чего начнем? — спрашиваю серьезным тоном. Малыш награждает меня внимательным взглядом и с прохиндейской улыбкой опять лупит по щеке.

 — Смотрю, мама тебя хорошо подготовила к встрече с отцом, — со смешком говорю я и снова прижимаюсь губами к темноволосой макушке сына. Это наш первый особенный незабываемый момент, с гулко бьющимся сердцем понимаю я. Первый из сотни тысяч миллионов.

— Здравствуйте, Андрей Константинович, — вежливо произносит незнакомый женский голос за моей спиной. — Давайте мне Робби, мы будем собираться на прогулку. Погода сегодня просто чудесная, — я оглядываюсь, и немолодая брюнетка в сером строгом платье растерянно отступает назад.

 — Ой, извините. Я думала…

— Карина, это Дмитрий Андреевич. Дим, это Карина, няня Роберта, — появившись из-за плеча смущенной женщины, невозмутимо представляет нас Элина. Недобро прищурившись, смотрю в бесстрастное лицо Эли, с трудом сдерживая полыхнувшийся в груди гнев. — Роберту нужно одеваться. Карина поведет его гулять в парк, — забирая у меня сына, объясняет она. Я нехотя отдаю ребенка, напоследок поцеловав маленький кулачок, которым мой хулиган не забывает махнуть на прощанье.

Черт, я только его увидел, а нас уже разлучают. Есть в этом мире справедливость или нет?

— Может, мы сами с ним погуляем? — предлагаю я.

— Не сегодня, Дим, — категорично отвечает Эля, и я с тоской наблюдаю, как она передает сына няне, а та скрывается с ним в коридоре.

Мы с Элиной остаемся на кухне одни, и атмосфера снова неумолимо накаляется. Я физически ощущаю, как между нами потрескивают статические разряды.