В обратную сторону

Я чувствую себя лучшей в мире любовницей, бесконечным источником наслаждения, кайфуя от каждого сантиметра его кожи и плоти. Я сумасшедшая, одержимая, голодная, дикая, и мы одни во Вселенной, когда задернуты шторы и закрыты все двери.

Я отключаюсь глубокой ночью, доверчиво прижимаясь к нему. Целую в затылок и спину, ощущая себя в полной безопасности.

Момент абсолютного кайфа — засыпать, соприкасаясь всем телом со своим мужчиной.

И ни его храп, ни судорожные дергания в ночи не могут уменьшить уровень моего счастья.

Кажется, что никто и никогда его не нарушит.

Я просыпаюсь под утро от ощущения пустоты и холода. Не разлепляя глаза, провожу ладонью по простыни — Димы нет рядом. Вздрагиваю всем телом, прислушиваясь к звукам: в душе его тоже нет. Он явно покинул спальню, и это нормально: возможно, его замучила бессонница и он решил поработать в кабинете.

Хочется немедля вернуть мужа в теплую постель.

Накинув на себя халат, я берусь за поиски Димы, но в кабинете его тоже нет. Внезапно слышу голоса, доносящиеся с первого этажа.

Тихо спускаюсь по лестнице, ощущая, как сердце начинает биться в два раза чаще, когда я понимаю, что Дима на кухне не один… а с Верой.

Как только делаю шаг в то пространство, с которого мне открывается обзор на всю кухню, жалею об этом.

После бурной ночи эта картина мне максимально неприятна, несмотря на то, что Дима не делает ничего такого, за что я могу его осуждать. Всего лишь стоит в одних пижамных штанах на собственной кухне. В непосредственной близости к Вере, которая явно не вынесла никаких уроков из нашего вчерашнего разговора.

На Вере — облегающая майка, подчеркивающая отсутствие белья, и короткие шелковые шорты, которые вполне могут быть трусами.

У меня даже зубы болят, настолько я сильно сжала челюсти.

Они о чем-то разговаривали, я не слышала. У Димы в руках стакан воды с лимоном, а Вера смотрит на него совершенно без всякого стеснения. Судя по тому, как ее взор прикован к его прессу, она мысленно представляет, как смотрит на него сверху и считает пальцами кубики.

Как же ты меня бесишь, сучка. Думаешь, я слепая?

Так, главное не устроить истерику. Я выше этого, и в себе я тотально уверена. Однако меня бесит, что мой муж не может выгнать эту девицу из нашего дома из-за слепой веры в то, что она единственная, кто способен помочь его дочери.

Она же через к Кэтти к нему подбирается, и это не моя паранойя.

Я кашляю, обращая их внимание на себя. Вера подпрыгивает на месте, словно ошпаренная.