В обратную сторону

— Почему ты рада, что твой папа не женился на Вере?

— Иногда Вера меня пугает, — признается вдруг девочка и нервно сглатывает — словно саму себя винит за сказанное. — Пугает не она, а ее отношение к папе. Я… я не глупая, все замечаю. Я уже взрослая, — вслух рассуждает Кэтти, продолжая смущаться. — Я однажды увидела ее в постели папы. Утром, как и…, — она явно хотела сказать «вас», но я отрицательно качаю головой, пытаясь убедить ее в том, что вспоминать эту сцену сейчас — не лучшая идея.

— Можешь не продолжать, я поняла, — если тон голоса можно описать, как «мертвый», то это он и есть.

Автоматически вылетает из моих уст, и я ничего не могу с собой поделать — мое лицо «плывет». И размазала его не Кэтти, а утренняя ложь Димы.

Наглая, бесстыдная, глаза в глаза.

— Они просто спали вместе, и я подумала, что папа хочет жениться на ней. Других девушек, если они и были, я никогда здесь не видела.

Меня начинает тошнить от одной мысли, что эта прошмандовка спала на нашей постели. Иначе и не скажешь.

— Прости, я тебя расстроила? — осекается Кэтти в тот самый момент, когда замечает выражение моего лица.

Меня мутит так сильно, что невозможно дышать. Я догадываюсь, что теперь мое лицо далеко не красного, а бело-зеленого цвета.

— Все в порядке, Кэтти. Давай закроем тему, — глухо отзываюсь я, стараясь не обращать внимание на тремор в руках. Черт, мне еще и Роберта кормить и укладывать. Молока на этом стрессе не так много остается, уже не знаю, что и делать. Еще чуть-чуть и у меня будет нервный срыв, а Робби придётся расти на смесях, чего бы мне не хотелось.

— Куда ты собираешься? — взволновано интересуется Кэтти, когда я встаю с пледа. — Я что-то не то сказала?

— Все в порядке, мне нужно уложить Роберта. Побудете здесь вдвоем? — я привлекаю к себе внимание Богдана. — Я буквально на десять минут.

— Кэтти, хочешь поиграть со мной в новую игру на планшете? Она рассчитана на двоих.

— Даже не знаю, — словно сквозь туман доносится до меня ответ Кэтти, когда я крепко прижимаю к себе самого сладкого в мире младенца.

Его тепло и запах всегда действуют на меня, как самое мощное в мире успокоительное. Должно быть из-за прилива вселенской любви, что переполняет сердце каждый раз, когда я обнимаю малыша.

Слегка убаюкивая Робби, я возвращаюсь в нашу с Димой спальню. Я планировала покормить его, покачать на руках, дать соску и оставить в кроватке — обычно Роберт легко засыпал в дневное время, но сегодняшний день явно замкнет список исключительных дней.