В обратную сторону

— Почему нет? Эля не чужой мне человек, — с удовлетворением замечаю, как темнеет его лицо и заостряется линия скул. — Она мать моего сына, и мы десять лет прожили как муж и жена. Неплохо прожили, между прочим.

— Не десять, а восемь, и твой пример наглядно показывает, что как муж ты не состоялся, — нейтральным тоном «отражает» Коваль.

— Это твои личные выводы. Уверен, что Элина считает иначе, — заявляю без тени сомнения.

— Нет и не собираюсь, — ухмыляюсь я. — А вот ты похоже в курсе всех подробностей нашей с Элей семейной жизни.

Часто говорите обо мне?

— Кому ты нужен, Белов? — бесстрастно бросает самодовольный сукин сын. — Не надо всех мерять по себе. Пора бы уже вылечиться от этой нездоровой зацикленности на МОЕЙ, — он делает говорящую паузу. — Жене. Вокруг много других женщин. Оглянись.

— Не переживай за меня. На личную жизнь я не жалуюсь.

— Неужели? — он скептически выгибает брови. — Завел себе подружку?

— Можно и так сказать. Сплю с секретаршей. Банально, но удобно. Ты, кстати, специально мужика взял на должность личного помощника, чтобы Элю не нервировать? Она, к слову, всегда была жутко ревнивой.

Или ты боишься поддаться соблазну?

— Я выбираю персонал, руководствуясь совсем другими принципами. Тебе не понять, — нагло заявляет Коваль.

— Куда уж мне. У тебя особая стратегия ведения бизнеса, — дублирую его тон. — Не хочешь спросить, как мы с твоей женой и моим сыном провели время?

— Эля сама расскажет, если посчитает нужным, — в его голосе появляется металл.

— Знаешь, я тоже когда-то думал точно так же, как ты. Доверял ей, как самому себе, и посмотри, куда меня это привело, — «сокрушаюсь» я. — Женщины — существа импульсивные, эмоциональные и непостоянные. Невозможно предугадать, когда и где рванет.

Коваль не успевает отрекошетить новый удар, отвлекаясь на телефонный звонок. Срочный и важный, судя по напряженному выражению лица и резкому тону. Воспользовавшись вынужденной заминкой, я лениво оглядываю его кабинет. Простор, конечно, впечатляет, но аскетичная обстановка оставляет желать лучшего.

Ублюдок явно не одержим личным комфортом. Удивительно, как и то, что Коваль соизволил меня принять. Его секретарь был настроен более категорично, заявив, что в плотном расписании его руководителя нет ни одного окна и попасть к нему без предварительной записи не является возможным. Но, как оказалось, ничего невозможного нет.

— У тебя осталось три минуты, — закончив разговор, сухо обращается ко мне Коваль.