В одно касание

– До свидания, Зак. – Я смотрю на Джейми и вижу гордость в его глазах. – Пойдем, – говорю я ему и Хейзел, и рука Джейми опускается мне на плечи.

Мы уходим, и я не оглядываюсь назад.

Я люблю эту женщину и должен сказать ей об этом. Когда прошлой ночью мы лежали в постели, я чуть не сделал это, но сдержался. А теперь, когда мы едем в лифте в наш номер, мне с трудом удается не выпалить это ей в лицо.

Мне нравится заботиться о Пиппе, но я ей не нужен. Она может позаботиться о себе сама, и я люблю ее за это. В голове я легко могу представить наше будущее вместе, и я отчаянно этого хочу.

Пиппа – мой человек навсегда. Теперь я это понимаю. Мне кажется, я понимал это всегда.

– Ты невероятная, – говорю я, и на ее лице расцветает улыбка.

– Нет, – качаю я головой. – Это все ты, пташка. – Я надвигаюсь на нее, пока не прижимаю спиной к стене, удерживая ее взгляд. Между нами гудит электричество, и мне нравится, как она смотрит на меня: с нежностью и доверием. – Я уже говорил тебе, что ты охренительно красива? – мурлычу я, а потом убираю ее волосы с шеи и целую.

Она тихо смеется у меня в руках.

– Хорошо. – Я покусываю ее плечо, и она ахает. Мне нравится этот звук.

Я потерял голову из-за этой девчонки. Мне нравится каждый звук, что она издает.

Дверь открывается на нашем этаже, я беру ее за руку и веду в наш номер. Она заходит внутрь и окидывает комнату взглядом. Камин разведен, в ведерке со льдом ждет бутылка шампанского, а в окнах сияют огни горных спусков.

Она прижимает обе руки к груди с мечтательным выражением на лице.

– Я бы никогда не уезжала из этого места.

Я решаю купить домик в Уистлере, чтобы приезжать на выходные. Что-нибудь в таком же стиле – а-ля уютный охотничий домик, – чтобы Пиппа с Дейзи могли там отдыхать. Какой смысл получать миллионы, если не тратишь их на любимых людей и не делаешь то, что важно?

В спальне я переплетаю свои пальцы с ее и с замирающим сердцем ее целую, прикасаясь к теплым податливым губам, наслаждаясь каждым ее легким вздохом, каждым тихим стоном.

Пиппа стоит в своем потрясающем белье и выглядит просто охренительно аппетитно. Каждая клеточка моего тела готова воспевать эту богиню. Я провожу руками по волосам, а в моей крови пульсирует желание.

– Черт, – выдыхаю я, стараясь навсегда зафиксировать в памяти, как вздымается ее грудь над кружевом, как трусики облегают ее изгибы, и ее едва видимые под полупрозрачной тканью соски.