В одно касание

Одно ухо короче другого.

Собака делает шаг вперед, я – назад.

– Ни за что, – говорю я ей.

Собака падает на землю, переворачивается, демонстрируя пузо, водит хвостом по тротуару и ждет, что я почешу ей живот.

Где ее хозяин? Я оглядываюсь в переулке, но мы одни. Я морщу нос, разглядывая ее. Даже не считая макарон, ее морда сальная и грязная. У нее слишком длинная шерсть, спадающая на глаза, и даже несмотря на то, что ей явно нужна стрижка, я вижу, насколько она худая.

У меня в груди все сжимается, и мне не нравится это чувство.

– Не надо это есть, – киваю я на мусор и хмурюсь. – Тебе станет плохо.

Она высовывает розовый язык, и он повисает набок.

Я говорю строго, но она по-прежнему ждет почесывания.

Но все-таки я не могу оставить ее здесь. Ее может сбить машина или задрать койот. Она может что-то съесть, и ей станет плохо.

Общество охраны животных должно ее принять. Я достаю телефон и, недолго погуглив, нахожу ближайшую точку.

– За спорткомплексом в центре найдена собака, – сообщаю я ответившей мне женщине.

В центре Ванкувера только один спорткомплекс, так что она поймет, о чем я. На том конце провода слышен собачий лай. – Может ее кто-нибудь забрать?

– Милый, у нас вообще людей нет. Тебе придется ее подбросить до одного из наших приютов.

Она перечисляет места, где принимают собак, и вешает трубку. Все ближайшие приюты заполнены, и мне придется пару часов везти ее за город, чтобы отдать. Я пялюсь на телефон, недовольно выгнув бровь, а потом снова смотрю на собаку.

Она вскакивает на ноги, все еще глядя мне в глаза и виляя хвостом.

Она как будто думает, что я ее чем-нибудь угощу. У меня тянет в груди, и это раздражает.

– Что? – спрашиваю я собаку, и она еще сильнее машет хвостом. В моей груди разливается тепло, и я сглатываю комок в горле.

Я просто не могу ее здесь оставить.

Где-то на задворках сознания возмущается моя жесткая, дисциплинированная сторона. А что там с моим безумным распорядком? Я не могу позволить себе чертову собаку. Я не могу себе даже девушку позволить, чтобы сразу все не испортить.

Я сто процентов не справлюсь с собакой. Я полсезона буду в разъездах.

Но я не могу оставить ее здесь.

Она снова виляет хвостом и поднимает на меня свои темные глазищи. Я отвезу ее в приют, но к себе не возьму.

Уже вечер, и я сижу в машине напротив приюта, разглядывая маленькое, но опрятное здание. Слышу внутри собачий лай. За зданием видна огороженная лужайка с собачьими игрушками и разными пластиковыми конструкциями, как на детской площадке.