В огне повенчанные

Чтобы не поставить в неловкое положение командира дивизиона, который, не замечая вошедшего генерала, с командирской «морали» уже переходил на грубый разнос, старший лейтенант, сопровождавший Веригина, громко кашлянул в кулак и доложил:

– Товарищ капитан второго ранга! К нам в дивизион прибыл командир дивизии!

Крутоплечий и подтянутый командир дивизиона, переодетый в пехотное обмундирование, резко повернулся к вошедшему дежурному и, сразу же переменившись в лице, чеканно доложил:

– Товарищ генерал, личный состав приданного вам морского дивизиона завершает оборудование огневых позиций.

– А это что еще за артист? – недовольно бросил Веригин, смерив взглядом старого матроса.

– Это не артист, товарищ генерал.

– Это лучший старшина дивизиона! Сверхсрочник, отличник боевой и политической подготовки…

– Тогда к чему у вас все это «объяснение в любви»? – пошутил Веригин, поняв с первых же минут появления в блиндаже, по какой причине по стойке «смирно» виновато замер перед командиром матрос-богатырь.

– Никак не может расстаться с морской формой, товарищ генерал.

– Фамилия? – резко спросил Веригин, глядя на матроса и в уме прикидывая, какие хлесткие и ядовитые слова могут скорее всего сломить это бессмысленное упорство.

– Старшина второй статьи Артем Свиридов! – пробасил матрос.

– Вы где: на войне или на Приморском бульваре в Одессе?

– На войне, товарищ генерал!

– Вы знаете, что приказ командира на войне – закон?!

– Знаю, товарищ генерал!

– А вы знаете, старшина второй статьи Свиридов, что демаскировка на войне – это преступление, равное предательству?!

Матрос глядел куда-то поверх плеча генерала и молчал.

– Почему не отвечаете?!

– Ваше приказание будет выполнено, товарищ генерал! Только разрешите обратиться к вам с просьбой?

– Когда дело дойдет до последней драки – разрешите надеть бушлат и бескозырку?

Веригин не ожидал такого вопроса и поэтому ответил не сразу. Он прошелся по блиндажу и остановился у грубо сколоченного из неструганых досок стола, на котором лежала схема расположения основных и запасных позиций батарей, соединенных ходами сообщения с главной траншеей дивизиона.

С минуту Веригин стоял у стола, делая вид, что изучает схему боевой позиции дивизиона, потом резко вскинул голову и в упор посмотрел на матроса Свиридова, который стоял по стойке «смирно» и терпеливо ждал ответа на свой вопрос.