– У меня такое ощущение, что я плохо влияю на тебя. Ты был только на курице и
капусте, когда я познакомился с тобой, а теперь я вынуждаю тебя заказывать тайскую еду. Я
должен извиниться?
– Неа. Думаю, я заслужил несколько «выходных» дней.
– Чертовски верно, заслужил. Особенно после долгого, трудного дня перебирания
дисков, – сказал я, посмеиваясь.
– Ладно, ладно. Я ухожу отсюда уже. Видишь Я не наркоман. Я могу соскочить в
любое время.
Это заставило меня расхохотаться еще сильнее, когда постучали в мою дверь.
– Как скажешь. Эй, кажется, Ллойду из дальней квартиры опять нужен четвертак для
стиралки, поэтому отпусти меня, и я приеду через час.
– Не могу дождаться.
Когда я завершил звонок, снова раздался стук."
"– Секунду, старик, дай найти немного мелочи, – сказал я, открывая банку с
четвертаками, которая стояла на столешнице. Еще новое, к чему я привык в ЛА – общая
прачечная с десятком других арендаторов. Я вытащил пару долларов, а затем пошел
открывать дверь.
– Вот держи… – мои слова задохнулись в горле, когда я столкнулся лицом к
лицу с женщиной на несколько сантиметров ниже меня.
– Ой, простите, – сказал я. – Я думал, что это кто–то другой. Чем могу помочь?
Губы женщины изогнулись в грустной улыбке.
– Ты не узнал меня?
Слова «а должен?» крутились на кончике языка, но затем я резко сдержал себя, когда
заметил, как ее глаза, такого же морского–зеленого оттенка, разглядывали меня с головы до
ног. Моя рука метнулась к дверному косяку, когда я всмотрелся в нее снова.
Светло–
каштановые волосы, того же оттенка, что и мои, а вместо густого макияжа и красной помады,
которые обычно коркой покрывали ее лицо, на ней вряд ли был хоть какой–то сейчас.
– Твою мать, – выдохнул я, когда осознал, что за женщина стояла передо мной. Та, от
которой я сбежал много лет назад. Та, которая зарабатывала на мне деньги, оскорбляла
словами и бросила меня в лого льва, к мужчине, в три раза старше меня, чтобы просто
оплатить аренду.
Бренда лучезарно улыбалась.
– Ты намного выше, чем я запомнила, Дилан.
Я вцепился в деревяшку под своей рукой, чтобы сдержать ее дрожь, пока вглядывался
в улыбающееся лицо, наклоненное ко мне. Боже мой….этого не может быть. Но я так и
стоял парализованным, как будто вернулся обратно в ту старую, грязную гостиную с
оранжевым диваном и затхлым воздухом.
