Его
способность отдавать себя другими и все равно оставаться скромным перед лицом всего
происходящего, – это правда изумляет меня. И даже когда все в его жизни пошло под откос,
он был здесь, поддерживая меня стремиться выше и сильнее к своим целям. Он – человек,
которого вы все видели во всех фильмах. Мужчина, в которого вы влюбились, потому что он
смелый и приходит на помощь. И я считаю своей счастливой звездой тот первый день, когда
он чуть не задавил меня на студии Warner Bros.
Когда речь Дилана закончилась, и сердца всех в студии растаяли, пока они охали и
ахали, я понял, что пришла моя очередь и до того, как Карли задала еще один вопрос, я встал
с дивана и опустился на колено.
***
Когда Эйс зашевелился рядом со мной, я повернулся к нему –
мать моя женщина –
он
опустился на одно колено рядом со мной. Интересно, возможно ли глазам вывалиться из
головы, потому что в этот момент, я был точно уверен, что мои раскрылись так широко, что
были к этому близки.
Что он… Я оглянулся на Карли, чья красивая улыбка работала в полную силу, и когда
я встретился с ее глазами, то заметил блеск влаги в них, когда она поднесла руки к своему рту
и опустила взгляд к…
Эйсу.
К Эйсу, который стоял на одном колене, глядя на меня снизу–вверх своими
потрясающими голубыми глазами полными любви, и потянувшемуся в карман своего
черного пиджака и доставшего небольшую, бархатную коробочку. Я несколько раз моргнул,
когда он начал размываться, и понял, что это из–за слез в моих глазах.
Студия, которая всего
мгновения назад сходила с ума, превратилась в приглушенный шепот ожидания, пока Эйс
улыбался мне – и тогда все и всё в мире исчезло.
Я поднял руку, чтобы смахнуть из глаз слезы, и заметил, как подрагивает кадык Эйса,
когда он сглатывал, вдыхая и произнося:
– Дилан, не стану объяснять все то, что ты изменил в моей жизни. Ты буквально
возник у меня на пути в тот первый раз, когда я увидел тебя, и нет, я не про студийную
парковку. Я говорю о первом разе, когда я увидел тебя.
А затем, по какому–то волшебству
судьбы, ты шагнул перед моей машиной в тот день, и если это не было знаком, то тогда я не
знаю, что это.
Я слышал приглушенный звук охов вокруг нас, но это казалось где–то далеко на
расстоянии, потому что прямо сейчас единственный человек, который существовал, был тем,
кто смотрел на меня именно так, как описывала Солнышко, как будто я прекраснее всех на
свете.
