– Я не могу… успокоить своего парня, после того как прошел
толпу голодных папарацци? – Лихорадочный блеск в его глазах, появившийся несколько
минут назад не ослаб: он стал даже более интенсивным в темном, замкнутом пространстве.
– Прямо здесь? В машине? – прошептал я.
Он прикусил свою нижнюю губу, а его пальцы подкрадывались к моему члену,
который твердел в ускоренном темпе из–за возбуждения, которое, я ощущал, излучалось от
Эйса. Я умудрился как–то оторвать свой взгляд от него, чтобы посмотреть в окно, и
убедиться, что снаружи никто не заглядывал в салон, но мог разглядеть только огни зданий,
которые мы пролетали со свистом.
Я пытался говорить тише, чтобы водитель не услышал меня, и кивнул в его сторону,
спрашивая при этом:
– Что если кто–то увидит?
– Полагаю, нам нужно быть осторожными.
Ну, блять.
– Любишь рисковать, да, Локк?
Когда он перекинулся через сидение и прижался губами к моей щеке, я проглотил
стон, который хотел ускользнуть на свободу.
– Обычно нет… – сказал Эйс, а затем, выбрав этот момент, коснулся плоской ладонью
молнии моих штанов. – Но в последнее время стал упорнее сдерживать свои порывы.
Я повернул голову и на его лице, так близко расположенном ко мне, я видел, как
расширялись его зраки, и от этого мое дыхание только участилось.
– Позволь мне коснуться тебя, – сказал Эйс, и я на автомате посмотрел на водителя, но
Эйса это не устроило.
Его ладонь оставила место между моих ног, чтобы подняться вверх и
вцепится в мой подбородок, поворачивая мою голову так, чтобы я был лицом к нему, а его
взгляд опустился на мои губы. – Не волнуйся насчет него. Ему хорошо платят.
Ага, черт, кого я пытался обмануть? Можно подумать, я бы не позволил ему сделать
то, что он только что попросил. Я скользнул чуть ниже по кожаному сидению и развел ноги.
Взгляд Эйса упал на мои движения, и когда рокот одобрения покинул его горло, я был близок
к тому чтобы заскулить.
– Видишь, если не упираться то, не так трудно добиться этого, так ведь?
– Может, прекратишь повторять это слово? – я понимал, что говорил практически
раздраженно, но Господи Боже, я знал свои пределы и сидеть на заднем сидении Линкольна с
ласкающим меня ладонью Эйсом….
