В отсутствие начальства

Выходит это у них так себе, судя по твоим находкам, – скривился контрразведчик.

– Почему именно дешевых?

– Потому, твое высокоблагородие, что настоящие ювелиры с новым золотом не работают. Ну, когда наш поезд?

– Завтра в семь до полудни.

– Еще успеем испить пива фабрикации акционерного общества Ефременкова и Мачульского.

Через сутки Лыков вышел на дебаркадере станции Граево. Продан остался в крепости толковать с жандармами.

Статский советник не раз бывал в Германии, но всегда въезжал в нее через другую пограничную станцию – Вержболово.

Граево играло не менее значимую роль в русско-германской торговле, но пассажиров здесь было мало, все больше товарные грузы. Обороты с Кенигсбергом и Данцигом проходили через этот пункт. Потому и таможня здесь имелась первого класса, такие ставили лишь на самых важных станциях. Собственно местечко Граево Щучинского уезда Ломжинской губернии славилось разве что огромной фабрикой по производству тесьмы.

Алексей Николаевич не стал тратить время на туризм, хотя прусская станция Просткен-Зальцведель была в полуверсте отсюда и заграничный паспорт у сыщика имелся.

Он сразу отправился на поиски нужного ему человека.

Контору Товарищества «Шалыт и компания» отыскать оказалось несложно. Она располагалась прямо напротив таможни. Расторопный еврейчик на входе лишь глянул на гостя и сразу же раскусил его. Он сунул голову в кабинет хозяина и сказал по-русски:

– К вам господин оттуда.

– Откуда еще «оттуда»? – раздраженно спросили в ответ, тоже по-русски, но с характерным акцентом.

Лыков зашел в кабинет среднего размера, уставленный деловой мебелью без напускной роскоши. Его стоя встретил низенький человек лет шестидесяти, в тройке, очках и со счетами в руках.

– Ах да… Теперь я вижу, – сказал он, откладывая счеты. – Проходите. Чем обязан?

Сыщик протянул хозяину полицейский билет. Тот раскрыл его, и на лице мелькнула гримаса:

– Департамент полиции, чиновник особых поручений… Не охранное отделение и не жандармы. Или это лишь… маскировка? Извините мой наивный вопрос, я торгую льном и… ну, вы поняли.

– Я понял, господин Шалыт. Могу сразу успокоить: я уголовный сыщик и занимаюсь розыском убийц.

– Убийц? – Негоциант отшатнулся. – Но при чем здесь я?

– Сейчас объясню. Но сначала скажите, знаете ли вы этого человека?

Алексей Николаевич выложил на стол фотокарточки Вячиса. Шалыт взял их осторожно, словно бомбу, и стал внимательно рассматривать. Через минуту положил и сказал твердым голосом:

– Это лифляндец из Поневежиса.