В отсутствие начальства

Фланги ее упираются в реку, орудия крепости могут поддержать огнем; словом, какое-то время мы там продержимся и нанесем противнику потери.

– Николай Александрович, – перебил генерала сыщик, – а почему один из фортов называется Шведским?

– Это давняя история, – ответил тот. – Форт номер три охраняет шоссейную переправу через реку. В этом месте ее наладил еще Карл Двенадцатый в тысяча семьсот восьмом году. Но я продолжу.

Единственный в России дот не был достроен до начала боевых действий в 1914 году.

Артиллерист увидел недоумение в глазах слушателей и пояснил:

– Валганг – это верхняя часть крепостного вала, защищенная бруствером.

Так вот, в фортах много пушек устаревших образцов, у которых сильный откат после выстрела. А валганги настолько узкие, что пушка может попросту скатиться вниз от собственной отдачи. Между тем высота вала на Центральном форте достигает восьми саженей. Представляете, если во время горячего огневого боя пушка полетит с такой верхотуры вниз, на наших солдат?

– Так присыпать их, и весь разговор, – подал совет контрразведчик.

 – Как говорит мой портной – надставить.

– Это огромные дополнительные затраты, которые не предусмотрены никакими планами. Потом, есть вещи поважнее. Взять те же бронеколпаки. На самой сильной нашей позиции, на Скобелевом холме, их всего восемь. А только для наблюдателей требуется пятнадцать. А еще для командиров батарей, для телефонистов, для начальников артиллерийских групп. Или телефоны. Холм опутан проводами. Пущенными поверху, на шестах! Всю эту паутину в первом же бою порвет на куски.

И даже не вражескими осколками, а нашими же залпами, когда воздух начнет от них сотрясаться. Нужны подземные телефонные кабели, которые переживут обстрел. Или мы останемся без связи.

А загромождение крепости ненужным ей имуществом? Казематы и склады необходимы нам самим, для хранения огнеприпасов и укрытия гарнизона. Так нет! Центральный форт забит под завязку снарядами Тридцать первого парка полевой артиллерии. Я пишу, пишу в штаб округа, чтобы забрали от нас чужие бомбы, а толку шиш.

Генерал-майор перевел дух и продолжил:

– Теперь, господа, насчет секретности. Крепостная жандармская команда явно не справляется. И никогда не справится без помощи контрразведки. Вокруг деревни и хутора, там живут люди, у которых есть глаза и уши. В девятьсот шестом году хотели их отселить, но, как водится, не нашли денег. Мужчины заняты на строительстве, а в Осовце вечно что-то строят.