В плену альфы

И никто не придет на помощь, даже если она будет орать до сорванного голоса.

— М-м-мистер Лем-м-ман, — прозаикалась, едва ли соображая, что несет. — Вы-выйдите.

Оборотень хмыкнул. Как под дых ударил — весь воздух из легких испарился. Лопатки уперлись в обжигающе холодную стену, а палач приближался все так же медленно и неотвратимо.

Алена прикусила едва зажившие губы. Лемман ее использует. Даже до кровати не донесет — возьмет прямо тут. Подхватит на руки, вклинится между бедер и…

Внизу живота сладко дрогнуло. Алена чуть не вскрикнула от удивления и злости.

Да что с ней такое?!

А оборотень навис сверху, упираясь локтем в считанных сантиметрах от ее головы. Такой огромный и опасный. Тело катило волной мучительного жара, а метка на шее заныла приятно и немного больно.

Хриплый баритон продрал по нервам стальным когтем, и Алена тяжело сглотнула. Пыталась кивнуть головой, но шею как заклинило. Так и таращилась на безупречно отглаженную рубашку — выше поднять глаза не могла.

За подбородок ухватили обжигающе-горячие пальцы.

Мягко потянули вверх, вынуждая запрокинуть голову, и способность хоть как-то адекватно мыслить утонула в бездонном колодце взгляда. Господи, да у него зрачки на всю радужку! А вокруг тонкая огненная кайма.

Оборотень тихонько зарычал. Показались и исчезли острые клыки. Лемман подцепил пальцем лямку лифчика и потянул. А вместо ногтей — когти! Блестящие, черные.

Голова пошла кругом. Ну все, сейчас он точно ее…

— Через пять минут принесут обед, — зарычал так, что она вздрогнула.

 — И если ты не поешь как следует — накормлю лично, а потом устрою профилактическую беседу в постели. До потери сознания. Поняла?

Вместо «да» вышел невнятный писк. А через секунду оборотня уже не было в комнате — только дверь хлопнула.

Алена сползла по стене. Уткнулась в ладони и тихонько застонала, пытаясь унять дрожь. Она съест все-все, что ей принесут, пусть даже там будет дерьмо на тарелочке.

Только бы оборотень оставил ее в покое и больше никогда не заставлял испытывать… это. Страх напополам с предвкушением.

Нет! Это слишком неправильно! И она найдет в себе силы не поддаваться на уловки оборотня.

Но предаваться самобичеванию ей пришлось недолго. Только успела халат накинуть — явился Михей с подносом.

— Обедать, уважаемая Алена, — сверкнул американской улыбкой. — Как поешь — собирайся. Мы уезжаем в Питер.

За окном мелькали дома города, некогда бывшего ее родным. Смешно. Семь лет назад бежала без оглядки, а вот теперь вернулась. Точнее — вернули.