В плену альфы

С меткой на шее, в брендовых шмотках и c разорванным в клочья сердцем.

Алена смотрела в окно и чуть не плакала. Как теперь подобраться к Тимохе? Она даже толком тот особняк обследовать не успела! Может, он был рядом, в двух шагах? В подвале каком-нибудь… Избитый, голодный. Переживал за сестру, пока та под оборотнем стонала от удовольствия.

— Алена, — подал голос Михей, — мы сейчас к стоматологу заедем.

— Что? — переспросила, отлипая от окна.

— К стоматологу, говорю. Ты так зубами скрипишь, что мне слышно.

— Вам какая разница? — пробурчала, с неприязнью разглядывая белобрысый затылок.

Ведь мог ее отпустить! Просто открыть дверь, а дальше… дальше она бы, наверное, в лесу жить осталась. В норе. Денег нет, паспорта тоже, да и препарат…Бесполезен уже, сколько не коли.

Алена опять вздохнула. Пленница она, хоть и без наручников.

— Ты права, — как нарочно добил ее Мих, — мне дела никакого нет. Но ты вроде девка с мозгами. Да и с запросами у тебя порядок, не то что…

Мужчина осекся, а ей еще гаже стало.

Ну а что хотела? Наверняка у Леммана целый гарем. И привезут ее в Питер как наложницу номер «сто какую-то-там», любимую. Но исключительно из-за запаха.

— … не то что другие, — неохотно закончил Мих, — так бери все, что взять можешь. Главное, боссу не перечь и делай, что скажет.

А что он сказать может? Только заставить ноги раздвинуть и ребенка заделать.

Не удержавшись, она тихонько положила руку на живот. Препарат работал как противозачаточное.

Но все равно цикл гулял, как хотел. Возможно, уже сейчас она… Алена поежилась. Надо надеяться на лучшее. И постараться как можно меньше провоцировать альфу.

Озноб усилился. Пока не провоцировать получалось откровенно паршиво. Вчера думала альфа разложит ее во всех позах. Лемман смотрел так, что поджилки тряслись… Это же надо было сглупить! Переодеться решила! В штаны попроще, ага… А в итоге практически голой оборотня встретила!

Хорошо, что хватила ума не надевать комплекты, которые ей в магазине белья сосватали.

Разврат из кружев и ленточек! Думала, со стыда сгорит, пока вокруг нее продавщицы порхали стрекозами. Давилась предложенным чаем и мечтала исчезнуть. Казалось, у нее на лбу написано, для чего все эти тряпки.

И так паршивое настроение проломило дно и рухнуло в бездну.

Алена крепко зажмурилась и постаралась в который раз взять себя в руки. Нельзя отчаиваться. Что-нибудь придумает.