Дверь практически сношу, и в первый момент меня накрывает лютый ужас - на полу лежит Аля, на ней какой-то мужик, а под ними темное пятно.
Те пару секунд, что я не могу оценить полный расклад, кажутся вечностью. Но как только Аля дергается, всхлипывает, и я, наконец, вижу пистолет в ее руке, внутри лопается струна, натянутая все это время.
Отпихнуть мудака, навалившегося на неё - дело секунды. Парни уже вваливаются и занимаются этим ублюдком, а я пытаюсь успокоить девушку, потому что ее накрывает натуральной истерикой.
Трясется, плачет, бессвязно бормочет, что она его убила.
- Аля, тише… - она дергается, не даётся, - девочка моя. Это я. Послушай…
- Нет! Нет, не трогай! Я не дамся!
Кажется, она все ещё там, в своём кошмаре, и меня словно заживо поджаривают - настолько остро я ощущаю ее боль и страх. С трудом удаётся прижать ее к себе и хоть немного успокоить. Но как только пытаюсь забрать, замечаю, что на ноге у неё цепь.
Оглядываюсь в сторону того, кого она подстрелила, и тут же рядом оказывается Феликс.
- Не сейчас, - жестко произносит он. - Сначала информацию.
- Он покойник!
- Без сомнений. Но сейчас она важнее.
Багров помогает разобраться с этой цепью. От того, что Алику посадили на цепь, словно собаку, внутри поднимается не просто злость - какая-то дикая темная ярость.
И если бы не Феликс, вряд ли бы я смог удержаться.
Аля не реагирует ни на что. Тихо всхлипывает, жмётся ко мне, и все, что я могу - держать ее, обнимать и пытаться успокоить.
- Тачку подгони, - говорю Васе.
Тот соображает шустро, и уже через несколько минут мы едем домой.
Впервые я бросил все и свалил, поставив на первое место чье-то состояние. Больше того, я четко ощущаю, что так правильно, и так должно быть.
- Почему ты не пришел раньше? - ее вопрос застает меня врасплох. Алика говорит так тихо, что я едва разбираю слова. - Почему? Почему?!
“Неужели я опоздал?” - страшная мысль прорезает сознание. Ведь если это так, смогу ли я простить себя ещё и за это?
37 Алика
Звук выстрела так и стоит в ушах.
Все еще. А руки… Они в крови. Я вся в крови. И кажется, что от этого мне уже никогда не отмыться. Никогда!
Внутри словно огромная зияющая дыра, а я сама словно просто оболочка, в которой нет больше ничего.
Камиль что-то говорит, куда-то несет меня, но я все еще слышу крики отчима, его слова, ругательства. И фантомное чувство крепкой хватки на шее не отпускает.
- Почему ты не пришел раньше? - спрашиваю, скорее потому, что не могу молчать.
