И тут же вспомнила другой случай, когда она почувствовала на себе такую же хватку, один-единственный раз в жизни, очень-очень давно. А он тем временем завел руку за спину и натянул на голову зеленый капюшон, а потом ринулся вниз и исчез в тумане.
Сэм отряхнула с себя снег и сказала Ричарду:
– Я не хочу больше кататься с ним.
– Он же хороший лыжник, – настаивал Ричард. – Отлично знает местность. В таком тумане хорошо иметь проводника.
– Мне это не надо.
– Вообще-то я думаю, что ты ему здорово нравишься.
Она уставилась на него, потеряв от изумления дар речи.
"
"– Так что же, Ричард, я часть твоей сделки?
Он побагровел и в смущении почесал себя за ухом.
– Не смеши меня. Просто будь с ним поласковее, только и всего.
– Господи, – сказала Сэм. – Ты раньше был таким гордым.
Она отвернулась в сторону, не в силах даже смотреть на него, и начала спускаться на лыжах вниз, в том же направлении, что и банкир. Она сделала неловкий поворот, потом еще один и остановилась: глаза болели, голова раскалывалась от гнева и страха, охвативших ее.
Ричард со свистом стремительно помчался вниз, как обычно сутулясь, слегка небрежно, и исчез в тумане. Вновь услышала шорох лыж – еще одна парочка проскользнула мимо, мужчина был немного скован, а женщина двигалась с элегантной свободой. Туман поглотил и их тоже, а потом наступила тишина. И внезапно Сэм поняла, что осталась одна на этом склоне.
Она нервно оглядывалась вокруг. Бедро болело от падения, ей было холодно, ноги промокли. Хотелось оказаться дома, перед камином, и чтобы Ники играл на ковре.
Да, дома уютно, уютно и безопасно. Где-то там далеко, и может быть, этого уже больше не существует.
Сильно прищурившись, она нерешительно оттолкнулась палками, неуверенно выполнила поворот, потом еще один, пытаясь попасть в правильный ритм, подбодрить себя. Потом лыжи с неприятным скрежетом зацепились за снежную кромку и наехали одна на другую. Земля понеслась навстречу ей, закрутила ее и больно ударила по животу.
– Черт побери, – сказала она.
Она полежала лицом вниз, поджав под себя одну ногу с закрепленной лыжей и вытянув вторую ногу, с которой лыжа слетела. Потом с трудом надела свалившуюся лыжу и пристально посмотрела вниз, туман быстро подступал все ближе.
Где же они?
– Ричард? – крикнула она.
Молчание.
– Ричард! – закричала она громче, но туман поглотил ее голос, словно промокательная бумага.
Она осторожно заскользила вниз по склону, сделала еще два поворота и опять остановилась.
