Снег потоком посыпался на лицо, в рукава. Она вытерла лицо и открыла глаза.
Солнечный свет.
Ослепительно-белый солнечный свет.
Она уставилась на него через эту маленькое отверстие, чуть побольше ее кулака.
– Эй! Помогите мне!
Солнечный свет просачивался в ее снежную могилку, и теперь она могла поглядеть вокруг себя.
Оказывается, она не одна. Кто-то есть еще, здесь, вместе с ней.
Мертвенно-бледная красноватая глазница невидяще уставилась на нее сквозь щелочки-прорези в перепачканном кровью капюшоне.
В считаных дюймах от ее лица. И пока она смотрела, еще одна капелька крови упала из глазницы ей на щеку.
Она пронзительно вскрикнула. Потом еще.
Лицо Андреаса в капюшоне торчало из свода этой могилы всего в нескольких дюймах над ней, словно уродливая горгулья из водосточной трубы готического собора. Рот приоткрыт в искривленной улыбке, глазница с любопытством выставилась на нее, видит теперь столько же, что и его нормальный глаз, который пристально и безучастно смотрел на нее из своей щелки, смотрел не двигаясь и не мигая.
О боже милостивый, нет. Нет.
А потом она увидела его руку, согнутую под каким-то неестественным углом, словно она не принадлежала тому же самому человеку. Сэм впервые увидела руку Андреаса без обычной рукавицы: уродливая, высохшая, всего с двумя пальцами, большим и мизинцем, неподвижно торчащую из снега, словно клешня.
Она потрясла головой, пытаясь отвернуться, посмотреть вверх, сквозь это крошечное оконце, которое она пробила на свет в снежной толще.
В этот момент дневной свет вдруг померк, на мгновение он совершенно пропал. Почва вокруг нее загудела и задрожала.
О господи, только бы снова не лавина. Только не двигайся. Ну, пожалуйста.
Она увидела над собою вращающиеся лопасти.
Вентилятор.
Черные лопасти, надвигающиеся на нее с безумным жужжанием.
Пропеллер.
Вентилятор.
Потрескавшийся потолок.
Яичная скорлупа.
Черные лопасти.
Вертолет.
А потом они начали удаляться дальше, в сторону.
И грохот прекратился.
Вертолет.
О, пожалуйста, вернитесь назад. Я же здесь. Пожалуйста, вернитесь назад.
Но он улетел.
– Помогите! – пронзительно закричала она. – Помогите! Помогите мне!
Она услышала, как что-то царапается и скребется уже над головой, и взволнованный голос, кричащий по-французски:
– СЮДА! СЮДА! СЮДА!
Послышался внезапный оглушительный грохот, и поток снега и льда обрушился на нее.
