В плену у сказки (СИ)

Он мог сказать, что не нужно обращать внимание на сны, но так и не сказал, лишь обеспокоенно пошевелил ушами.

— Откуда эти цветы? — я указала на мрачные розы.

Вместо ответа Люцифер прыгнул на стол и столкнул вазу, которая ударилась о стол с глухим звуком. Розы одна за другой вывалились на ковер, а их бутоны рассыпались на черные осколки. И остались лежать хрупким и дурным предзнаменованием.

— Золушка любит собирать мертвые букеты, — сказал Люцифер и сразу же добавил, — будь с ней аккуратнее.

Элла бесспорно иногда нагоняла жути, но именно от ее «долго и счастливо» зависела моя судьба.

Я никогда не обжигалась, потому что всегда была аккуратна с огнем, и общение с Золушкой, видимо, мало чем отличалось от игры с ним. Я справлюсь, потому что никакого выбора у меня нет.

Мы с Люцифером спустились на первый этаж и сразу же столкнулись с Дризеллой и мачехой в коридоре. Сестра Анастасии глянула на меня с обидой и демонстративно отвернулась. Роксана же просто кивнула в знак приветствия.

— Вы уже позавтракали? — спросила я.

— Верно. И прошу, завтра утром встань на рассвете, мы едем в город.

Дризелла хихикнула и, перегнувшись через перила, едко произнесла:

— Попроси свою новую подружку облить тебя ледяной водой, сразу вскочишь как миленькая.

Я попыталась это представить — Эллу, которая тихо заползает в комнату под покровом ночи, сначала ставит на стол мертвые цветы, а затем разворачивается и подходит к кровати. И в лунном свете блестит лезвие…

Люцифер кротко мяукнул, возвращая меня из мыслей.

— Это плохо, если я хочу сбежать отсюда?

— Вовсе нет, это значит, что у тебя работает инстинкт самосохранения.

— Вообще не утешает.

— Ну я же кот, — деловито заметил Люцифер, — а не утешитель.

Мы зашли в помещение, наполненное запахами выпечки и клубники. Элла на этот раз не танцевала, а только мурлыкала, стоя у полок с посудой и натирая чашки. Услышав мои шаги, она сказала:

— Ты не пришла на завтрак, я даже думала принести его тебе в постель.

Мы с Люцифером переглянулись, затем он подошел к блюдцу с молоком, а я села за стол и потянулась за ватрушкой. На вкус еда была, увы, не сказочной, а совершенно обычной.

— Что-то не так? — Элла повернулась и, сделав пару пружинистых шагов, опустилась напротив, — выглядишь бледной, снова плохо спала?

Она подперла рукой подбородок и впилась в меня заинтересованным взглядом, словно перед ней сидел интересный экспонат.