Сжимая столешницу изо всех сил, Громов напряженно следил за тем, как Игорь показывал Ире орудие пыток. Она тут же побледнела и обмякла в его руках."
"Дальше все происходило, как в тумане. Шевцов подтащил Романову к крупногабаритной конструкции, надел на ее запястья кожаные наручники и, надежно зафиксировав их, нажал кнопку пульта — механизм пришел в действие и медленно поднял женщину вверх. Она оставалась без сознания и висела на руках, уронив голову на грудь. Так же невозмутимо Игорь развел ее ноги и поочередно привязал к противоположным сторонам креста.
Удовлетворенно кивнув, обошел ее по кругу несколько раз и скрылся за дверью. Ирина очнулась и непонимающе озиралась по сторонам. Попробовала пошевелить конечностями, но безуспешно — все они были крепко скованы.
Громкий всхлип вынудил Тимура вернуться в реальность. Ира смотрела на него через камеру, прямо в глаза, а губы молили о помощи. Его сердце мучительно сжалось.
Шевцов вернулся в комнату, привлекая внимание Ирины к себе.
Заметив лезвие в его руке, Громов насторожился: прокурор не убьет Иру, по крайней мере, намеренно, но издеваться может долго и извращенно.
Смирившись с неизбежным, Романова не произносила больше ни слова. Ее лицо было спокойным и отстраненным, лишь слезы крупными каплями стекали по щекам.
Громов не знал, о чем она думает, но чувствовал, как нуждается в нем. Именно в эту тяжелую для обоих минуту Ира полностью раскрылась перед ним, вновь став той, которую он безумно любил. Жаль, все произошло слишком поздно.
Когда ничего уже нельзя было исправить… Соленая капля пота скатилась по лбу и упала на стол. Тим находился на пределе своих возможностей. Каждое движение Шевцова отдавалось болью в перенапряженных мускулах. Каждый Ирин вскрик насквозь пронзал душу.
Сейчас Громов понял, что умрет в любом случае. Осталось только выбрать: от рук Бушина или от мучительного зрелища. Ира приговорила к смерти их обоих.
Глава 39
Московская область. БО «Васильки»
Ирина пришла в себя и попробовала пошевелить конечностями, но безуспешно.
Руки, стянутые кожаными наручникам, затекли настолько, что она не чувствовала их от самого плеча и до кончиков пальцев. Всхлипнув от острой боли, осмотрелась по сторонам и поняла, что находится в комнате одна. Слабая надежда на то, что Игорь ушел совсем, затеплилась где-то в глубине души.
Уставившись в одну точку, Ира, как мантру, повторяла просьбу о помощи. Она надеялась, что Тимур это увидит, и из последних сил умоляла спасти ее.
