Что люди обо мне подумают? — нельзя сказать, что Куликова полностью зависела от мнения окружающих, скорее, просто не хотела чувствовать себя неловко, ловя презрительные взгляды. Сколько они знакомы со Стасом? Месяц? И вдруг машина…
— Что насосала, — беззлобно поддел он ее.
— Дымов!
— Не, ну, а что? Ты бы подумала над сменой профессии, я даже готов платить тебе зарплату.
— Я тебе подумаю! — возмутилась Таня и толкнула его в плечо.
— Больно!
— Так тебе и надо!
— Ну ты же сама хотела по-взрослому, — Стас сменил тон.
— Хотела?
— Угу."
"— Ну, значит, бери и не спорь. А то я задолбался уже таскаться по этим вокзалам, каждый бомж меня знает.
На самом деле Дымов гораздо проще относился к таким вещам, считал, что его женщина ни в чем не должна нуждаться, но сказать об этом вслух, обнажить скрытую заботу он не мог, наверно, просто не умел, поэтому подчеркнул только свою личную выгоду.
— Дурак, — смягчилась Таня и, немного подумав, добавила: — Да я сто лет уже не садилась за руль.
— Ничего страшного, я напомню, — улыбнулся Стас и притянул ее к себе за талию.
— Боюсь, я с тобой никогда не расплачусь… — многозначительно протянула Куликова и чмокнула его в губы.
— А я не тороплюсь.
— А зря! я пошла собираться, — она отстранилась и поспешила покинуть кухню.
— Дай хоть доесть.
— Много есть — вредно, это я тебе как врач говорю, — крикнула уже из коридора, и Дымову ничего больше не осталось, как пойти одеваться.
Московская область. БО «Васильки»
Еще раз проверив все расчеты, Бушин нажал на «Печать» и, забрав из принтера листы бумаги, сложил их в отдельную папку.
В понедельник должен был приехать хозяин базы и, как всегда в таких случаях, Адольф Михайлович готовил большой отчет о проделанной работе, прибыли и прочих положительных моментах. В этот раз он хотел продвинуть свою идею по расширению спектра услуг — выставлять на продажу не только женщин, но и мужчин. Для этого нужно было грамотно составить бизнес-план и наглядно продемонстрировать потенциальную выгоду от этого нововведения.
Дел накопилось много, а вот времени катастрофически не хватало.
Услышав стук в дверь, Бушин отвлекся от изучения документов и, бросив короткое «войдите», устремил взгляд на дверь.
— Вызывали? — спросил Громов.
— Да, проходи присаживайся.
Он послушно опустился на предложенный стул и напряженно посмотрел на управляющего. Тим еще не знал, догадывается Гитлер о его отношениях с Ириной или нет. По крайней мере, внешне он никак не проявлял своей осведомленности.
