Она спокойно заправила постель и, одевшись, хотела выйти из комнаты.
— Между прочим, судья еще в розыске. Ты понимаешь, какие проблемы у нас могут быть, если обнаружат ее труп? — голос Зиминой заставил остановиться прямо у двери.
— Да мне похуй! Сейчас главное вытащить оттуда Громова, а то у него совсем уже крыша поехала.
Ответ Стаса выбил почву из-под ног. Кончики пальцев вмиг стали холодными, как ледышки. Таня не могла даже пошевелиться.
— А о ком-нибудь, кроме него, ты подумал? Хочешь погон лишиться?
— Лен, успокойся, у меня все под контролем.
— Ну-ну.
Остальные фразы доносились будто издалека. Хлопнула входная дверь, и в следующую секунду Дымов появился в спальне:
— Я думал, ты еще спишь. Куда так рано вскочила?
— На смену скоро заступать.
— Ну хоть полчаса у нас есть? — спросил он, притягивая Таню к себе.
— Стас, я случайно услышала ваш разговор, — она высвободилась из объятий и отстранилась. — Судья — это Ира?
— Да, — честно ответил Дымов и скрестил руки на груди, приготовившись к напряженному разговору.
— И ты знаешь, где она находится? — Куликова осторожно прощупывала почву, словно шла по минному полю. Один неверный шаг, и могут начаться необратимые процессы.
— Да, — так же сухо повторил Стас. Он не собирался выкручиваться и уходить от ответа, просто не видел смысла, но эта ситуация ему уже не нравилась.
— Почему мне ничего не сказал? — Таню удивляло, какое спокойствие и хладнокровие демонстрирует сейчас Дымов.
Он переживал все свои эмоции внутри и умело скрывал их от посторонних глаз.
— Потому что это не твое дело, — отрезал Стас, пытаясь сдерживать свои порывы. Терпеть не мог все эти разборки, выяснения отношений — бесполезная трата времени и нервов.
— Не мое дело? — возмутилась Куликова, чувствуя, как обида горьким комом встала в горле. — Ты обещал найти ее и все это время лгал мне? — медленно произнесла она, отказываясь верить в правдивость собственных слов.
— Я выполнил свое обещание, — Дымов уже закипал от злости. Необоснованные претензии выводили его из себя, и, уже не заботясь о том, как это выглядит со стороны, он добавил: — О том, что с ней будет после, разговора не было.
Таня замерла на месте и не могла вымолвить и слова. Просто смотрела в его холодные глаза, ища хоть капельку сострадания, но Стас был жесток — он не давал никакой реакции, хотя бушующий огонь сильно обжигал грудь изнутри.
