В Пустошах

— Так что же, мы больше не истинная пара? — она вскинула на любимого полные ужаса глаза.

Он тепло улыбнулся и поправил ее растрепавшиеся волосы:

— По законам крови — нет. Но разве это так важно? Ведь я люблю тебя, Тая.

Он протянул руки, собираясь обнять ее, но Тая медлила. Наконец, выдохнула, словно выгоняя из себя тяжесть воспоминаний, и подалась к любимому:

— И я люблю тебя, Дар Ветер.

Он любил ее прямо там. На берегу чародейского озера, подарившего им избавление от проклятия.

Вначале Тая отстранялась от мужчины, ей казалось кощунственным и неправильным предаваться любовным утехам сразу после ухода Вита.

Но природа взяла свое.

Девушка откинулась на спину, устремив взгляд в небо.

— Твои мысли полны грустью, любимая, — Дар Ветер склонился над Таей и распустил завязки на платье, полностью обнажив ее грудь. — Я хочу наполнить их счастьем. Я хочу всю тебя наполнить счастьем. Я хочу тебя наполнить… Хочу тебя…

Дар Ветер целовал ее грудь, сначала бережно, но быстро распаляясь от этого действа.

Тая зарылась пальцами в его волосы, чуть потянула — теперь они прочно держались на своем месте. Она улыбнулась и погладила мужчину по голове. Чуть прогнулась в спине, отчего ее полная грудь всколыхнулась, а соски встали торчком. Дар Ветер тут же переключил внимание на столь соблазнительную деталь, сжал сосок губами, потянул и с довольным урчанием отстранился, облизывая губы. Проделал то же самое со вторым соском.

— Ты прямо, как маленький волчонок, сосешь грудь, — девушка легонько оттолкнула лицо любовника, но ее грудь уже отреагировала на его ласку.

Соски стянуло, скрутило сладкой болью. Такая же боль угнездилась в промежности. И Тая снова сладко потянулась, прогибая спину.

Дар Ветер не любил разговаривать во время близости. Он смотрел на девушку глазами цвета расплавленного меда, и в его взгляде было столько текучей сладости, столько желания, что слова не требовались. Мужчина еще раз облизнулся и поцеловал любовницу в губы, долго, со вкусом, изучая ее языком.

Тая раскрылась навстречу любимому, пропуская его вглубь себя. Она попыталась обхватить его бедра ногами, но подол платья мешал ей. Дар Ветер, чувствуя досадную помеху, рванул его в сторону, ткань жалобно затрещала, и юбка порвалась до самых Таиных бедер. Девушка ойкнула, платья было жаль, но зато теперь проникновению ничего не мешало. Она прижалась промежностью к паху любовника, отыскивая заветный инструмент.